Книга Мы друг друга не выбирали, страница 78 – Марина Кистяева

— И вам… здравствуйте, дядя Ибрагим.

Рустам сильнее прижал Лешу к себе. Та послушно уткнулась ему в грудь. И, кажется, даже перестала дышать. Испугалась девочка… Но ничего, ничего…

— Вот так встреча.

— Разве, дядя Ибрагим?

Их взгляды пересеклись и на несколько мгновений скрестились. Рустам давил аккуратно, не дорос он еще до того, чтобы открыто вступать в противостояние с таким исполином, как Халилов.

Всему свое время. Он ничего не забудет. Ничего.

— Пришлось подняться старику из кресла, немного посуетится. Мои-то парни дуркуют.

Рустам кивнул, давая понять, что понял двойной смысл фразы металлурга.

— Вы больше не пугайте Алексию, Ибрагим Маратович.

— Ну какой я тебе Ибрагим Маратович… А по поводу твоих слов. Конечно, не буду, Рустам, не буду. Одним глазком взглянул на барышню, которая и моему сопляку голову вскружила. Хорошая девка, береги ее. – Халилов улыбнулся так, что у Рустама жилы внутри натянулись.

Потом, попрощавшись, тот сел в машину.

Рустам тоже повел Лешу к своей. Дорога, какие-то люди… Его охрана следовала следом незримой тенью.

Они дошли до машины. Рустам завел ее и отъехал. Туда, где ни одна душа не будет их видеть. Леша за это время ни слова не произнесла.

Не глуша двигатель, он отодвинул сиденье на максимум и сипло выдавил:

— Иди ко мне.

В руках его она должна быть!

Издав неясный звук, Леша вроде как и потянулась к нему. Рустам решил по-своему. Перехватил ее и сам потянул на себя, усадил сверху на бедра. Леша снова что-то протестующе пискнула, но эффект смазался.

В груди бухало так, что дышать было сложно. Невозможно даже. Это не один пропущенный хук и даже не два. Рустам, как пьяный, посмотрел на Лешу. И все, словил эффект дежавю.

Мир сузился до узких точек, до ее губ, ее дыхания, ее тела, находившегося в опасной близости от его. Внутри Рустама все горело, рвалось наружу, билось в клетке ребер, как зверь, который, наконец, добрался до добычи. И не было конца и края этим долбаным эмоциям.

Он, почти не контролируя себя, впился пальцами в ее бедра, чувствуя под кожей дрожь, жар, живую плоть, которую так долго хотел. Каждый нерв был натянут до предела, каждая мышца напряжена. Он одновременно боялся, что сожмет слишком сильно, порвет, сломает, и понимал, что нихрена не в силах остановиться.

Она была здесь. Рядом.

Наконец-то…

Ее губы дрожали, пытались что-то сказать. Пальцы легли на его плечи. Алексия не сжала их. Наоборот, уперлась костяшками, пальцы в стороны развела, точно хотела оттолкнуть его.

И не могла…

А его снова сносило той чертовой волной, которая каждый раз накрывала его, как только Лешка оказывалась в поле его зрения.

Он знал – надо тормознуть. Хотя бы на минуту… Ее успокоить. Но как?.. Сука, как? Если его самого выносило.

Он шумно втягивал ее дыхание, ее запах. Глубже, еще глубже. Пока в голове не осталось ничего, кроме белого шума. Кровь гудела в висках, пульс выбивал дробь где-то в горле, в паху, в кончиках пальцев. Он хотел залезть под ее кожу. Хотел, чтобы она кричала его имя. Хотел оставить на ней синяки, которые будут напоминать – это он. Только он.

Он заставил посмотреть на нее четче.

— Леша, ты со мной? – выдавил он из себя. – Со мной?..

Его вопрос заставил ее вздрогнуть, всхлип сорвался с побелевших губ.

И его снова накрыло.