Книга Тайна Скарабея, страница 31 – Татьяна Ван

— А-а-а! Твою мать!

Отбросив книгу, Женя бросилась на кухню. Арсений прислонился к стене и засунул палец в рот.

— Что случилось?! Ты цел?!

Женя подбежала к нему, посмотрела на зажженную конфорку, снова перевела взгляд на парня. Арсений, не вынимая палец, неразборчиво промямлил:

— Я обжегся. – И, уже вынув покрасневший палец, продолжил: – Огонь резко вспыхнул. Я думал, взрыв. Вот и закричал. Прости, если напугал.

Он говорил что-то еще, но Женя уже не могла разобрать его слов. В ушах стучало лишь одно, заглушая все прочие.

Взрыв.

«Все это время герой моей картины был рядом, – с ужасом думала Женя. – Парень с холста – либо Арс, либо Федя».

2

— Только не Марселю, – отрезала Женя, сидя на полу возле шкафа.

Арсений ходил взад и вперед, а Федя пил чай, устроившись на своей кровати. Он только пришел с работы и заявил, что без горячего не будет решать «сверхъестественные проблемы». Поэтому время от времени слышалось тихое прихлебывание. Он замирал, лишь когда Арсений говорил о газе, а Женя – о своих теориях.

— Почему ты не хочешь передать Марсу картину?! – негодовал тот. Из-за случившегося ему не составило труда убедить Женю вручить полотно на время кому-то другому, но появилась другая проблема – Женя наотрез отказывалась связываться с Марселем.

— Он нам ее не вернет.

— Ты же сама говорила, что Марс в итоге от нее отказался, – напомнил Федя и отхлебнул остывающий чай. – Мол, сначала разберитесь с ее мистическими приколдесами, а потом посмотрим.

— Да, это ты говорила, – остановившись, ткнул пальцем в Женю Арсений.

— Говорила, но когда это было? Все могло измениться сотню раз. Посмотрите хотя бы на нас… на меня…

Женя прикусила губу. Несколько минут назад, когда Арсений заговорил о пагубном влиянии картины на людей, Женя нехотя, но признала, что в последнее время вела себя неадекватно.

— Я ему доверяю. Он мой друг, – сказал Арсений и плюхнулся на кровать рядом с Федей. Тот вскрикнул и чуть не расплескал остатки чая.

— Может, есть еще кто-то, кто может помочь?

— Никого, – безнадежно вздохнул Арсений.

— Есть, – задумчиво заявила Женя. – И, думаю, это наилучший вариант.

— Ну?

— Кристина, – улыбнулась она. – Я совсем забыла, что ее выпустили из-под домашнего ареста. Мы можем спокойно принести картину к ней и спрятать под кроватью.

— А если ее найдет Лариса? – серьезно спросил Арсений. – Ты подумала, во что это выльется? Ваша тетя Алина из-за этой картины убила человека и умерла сама. Если бы я случайно нашел в своей квартире «предмет раздора», то искромсал бы его до неузнаваемости.

— Арсений прав, – устало заметил Федя.

Женя обняла колени и принялась нервно стучать по ним указательными пальцами. Арсений снова ее раздражал. Особенно бесило то, что он был прав.

— Женёк, отдадим Марселю, и все будет хорошо, – в очередной раз повторил он.

— Почему ты так уверен? Может, к нему зайдет Роберт, и тю-тю, картина – в вашей галерее! Тебя на месте не окажется, и он решит, что полотно прислал художник. А ведь «Глаза» быстро купят! Такой-то шедевр. Моргнуть не успеешь.

— Я этого не допущу.

— А то как же.

Женя фыркнула.

— Тогда последний вариант – картина остается тут, а мы верим в лучшее, – сказал Арсений.

— Знаешь, так себе «вариант», – зло усмехнулась Женя.

— Вы оба меня заколебали! – Федя слез с кровати. – Решите уже что-нибудь. Из-за всего этого мне уже наплевать – взлетим мы на воздух или нет.