Книга Темное время суток. Фантастический роман, страница 110 – Ян Бадевский

— Чушь, – хмыкнул Азарод.

Кадилов перевел взгляд с некроманта на лидера.

— Систему видишь? Во всех этих классах?

— Развитие, – догадался Рамон. – Они развиваются!

— Правильно. Соображаешь. Логично предположить, что есть вершина этой пирамиды. Некий абсолют, к которому стремятся все переверты. Помимо своей воли, разумеется.

— Ты хочешь сказать, – медленно проговорил Никита, – что метаморф – всего лишь зародыш? А что дальше?

Тяжелая ладонь Кадилова легла на плечо Рамона.

— Дальше – тварь без души. Энергетическая субстанция, способная легко преодолевать трещины, вселяться в людей и предметы, пожирать чужие души, накапливать мощь. Принимать любые формы. Как материальные, так и астральные.

— Диаблеро, – тихо произнес Рамон. – Основатели.

— Ты мыслишь ограниченно! – Ефимыч рассмеялся. – Замкнутые круги – это для любителей Блока. Ночь, знаешь ли, не всегда заканчивается аптекой. Почему основатели примкнули к Сферам и профсоюзу в Логове? Враждующие стороны объединяются, когда им страшно.

— Хватит жути нагонять, – попытался разрядить обстановку некромант.

— Ничего я не нагоняю, – спокойно возразил Кадилов. – Говорю, как есть. Все струхнули, поскольку встретились с бездушной тварью. Прозвучало мнение, что это существо непобедимо.

— Мнение? – не понял Азарод.

— Предположение, – уточнил Кадилов. – Видишь ли, никто не смог одолеть тварь в поединке. Ни в реале, ни в астрале.

— Интересно, – Рамон задумался. – У бездушных есть название?

— Есть, – ответил Ефимыч. – Вендиго.

— Что-то индейское, – блеснул эрудицией Рамон.

— Правильно. Индейцы так называли проклятого духа-людоеда. Допустим, ты практиковал каннибализм и черную магию. Или тебя укусили. Ты превращаешься в вечно голодного демона, пожирающего человечину. Сам ты будешь полупрозрачным, невероятно высоким и неуязвимым. С кожей, которую ничем не пробить.

— Что из этого вымысел? – спросил Рамон.

— Почти все, – усмехнулся ангел. – Кроме неуязвимости. Вендиго не взять ни серебром, ни рунами. Демоны пробовали сжечь его – не знаю, что из этого вышло. Зато вендиго с легкостью разделываются и с охотниками, и с демонами, и с ангелами.

— Впечатляет, – оценил Рамон.

— Еще бы, – согласился Азарод.

— Стоп. – Никиту осенило. – Так вот для чего потребовалась экспансия оборотней! Кто-то выводит вендиго? Но зачем?

— Все очень просто, – вздохнул Кадилов. – Кто-то собирается использовать вендиго в своих интересах. Изменить баланс сил. И тут всего три варианта.

— Ангелы, демоны и профсоюз? – предположил Рамон.

— В точку.

— Почему ты не учитываешь основателей?

— Это не соответствует их политике. Основатели не любят себя афишировать, вступать в затяжные войны и что-либо захватывать. Они предпочитают держаться в стороне. Не трогайте меня, я не трону вас.

Рамон покачал головой.

— Не вижу логики.

— Почему? – удивился Ефимыч.

— Почему три стороны объединились против вендиго, если кто-то их собирается использовать?

— Не использовать, – поправил Кадилов. – Договориться. Это разные вещи, Никита.

— Ладно, – Рамон нетерпеливо махнул рукой. – Все равно логики нет. Уничтожение расы оборотней не сулит вендиго ничего хорошего. Я так понимаю, чем больше перевертов, тем выше процент эволционировавших вендиго?

— Правильно понимаешь, – кивнул старик. – Но логика есть. Слышал такое слово «эскалация»?