Книга Темное время суток. Фантастический роман, страница 109 – Ян Бадевский

Кадилов напрягся.

Посмотрел в глаза напарнику.

— Ты о чем?

— О душе. Ты же ангел. Не важно, какого уровня. Скажи мне. Есть у них душа или нет?

— Я…

— Ты знаешь, – напирал Никита. – Отвечай на вопрос.

Кадилов вздохнул.

— Это сложно.

— Я пойму.

Старик провел рукой по бороде. Седые волоски делали его похожим на капитана китобойного судна. Этакий Ахав, преследующий своего кита.

— Переверты делятся на классы, Никита. Думаю, это тебе куратор рассказал.

Рамон кивнул.

— Дальше.

— Имей терпение. Если хочешь понять. Так вот, классы оборотней. Когда человека обращают, он становится адептом. Переворачивается каждую ночь, хочет того или нет. Не контролирует себя. Руководствуется инстинктами. Днем – обычный человек.

— Все верно, – подтвердил Азарод.

— Адепт превращается в знающего, – продолжил Кадилов. – Эти бегают в стаях, прайдах и других полузвериных сообществах. Кого-то едят, кого-то приобщают. Все зависит от приказа вожака.

— Умеют мыслить в зверином обличье, – добавил Азарод. – Поэтому довольно опасны.

— Воюют грамотно, – буркнул Рамон. – Есть представление о тактике.

— Да, – кивнул Ефимыч. – Вы правы, мои некрещеные братья. Следующий класс – вожаки. Это опытные бойцы, научившиеся справляться с вооруженным противником. Высокий авторитет, навыки убийц. Полностью сохраняют память о ночных похождениях, поэтому могут планировать рейды и захват новых территорий. В отличие от адептов и знающих.

— Да, – Рамон устало вздохнул. – Первые вообще ни черта не помнят, у вторых поутру – мешанина образов и эмоций. Как после пьянки.

— Хорошая аналогия, – похвалил Ефимыч.

— Спасибо.

— Но есть и четвертый класс, – напомнил Азарод.

— Да, – Кадилов отвел взгляд куда-то в сторону. Смотреть, впрочем, было не на что. Вогнутые матовые стены. – Метаморфы-универсалы. Высшая каста.

Азарод сплюнул:

— Пакость.

— Погоди, – Рамон поднял руку. – Это те парни, что перекидываются частично? Умеют сражаться нашими мечами и кастетами?

Ефимыч хмыкнул.

— Если бы.

— Это и вожаки вытворяют, – встрял некромант. – Велика невидаль.

— И вожаки, – тихо проговорил Кадилов, – и продвинутые знающие. Особенно те, у которых кисти похожи на человеческие после трансформации.

— Крысолюди, – догадался Рамон.

— Хотя бы.

Капсула двигалась совершенно бесшумно. Рамон не ощущал ускорений и торможений – видимо, в стенки зашиты мощные гирокомпенсаторы.

— Универсалы, – Кадилов воздел указательный палец, – способны произвольно менять формы. День или ночь – это не играет роли. Такой метаморф может перекинуться в урса, кхана, ворона или акулу. Полная свобода действий. Их не сковывают естественные ограничители.

Рамон задумался.

— Их мало, – сказал Азарод. – Единицы.

— К счастью. – Ефимыч подтянул к себе дробовик, валявшийся на соседнем кресле. – Иначе война не прекращалась бы с наступлением рассвета.

Никита глянул на сенсорный дисплей выдвижного столика. Желтая точка капсулы уже вплотную приблизилась к Медгородку.

— Ты не ответил на вопрос, – Рамон чувствовал, что информация, которую он хочет получить, очень важна. – Какое отношение к этому имеют души? И, кстати, ты забыл о классе оборотней-проводников.

— Не забыл, – отмахнулся Ефимыч. – Просто их не всегда выделяют в самостоятельный класс. Есть мнение, что звериные проводники – это подвид знающих.