Книга Перемены на краю империи, страница 105 – Ян Бадевский

Я присмотрелся к этому человеку.

На вид — около шестидесяти. Приличная физическая форма, уверенные движения. Голова полностью седая. Резкие морщины, как у людей, переживших потрясения в прошлом. У пояса — короткий меч. Ни личных вещей в дорожных баулах, ни портфеля с важными бумагами. Похоже, наш герой переживает исключительно за собственную шкуру.

Оля, хватит. Такахаси — можно отключаться.

Трансляция прервалась.

Переборки вокруг меня сделались прозрачными.

Я видел, как сэр Кристофер в сопровождении телохранителей поднимается на борт цеппелина. Видел, как к нему подходит кто-то из экипажа и рапортует о готовности. Видел, как меценат неспешно идёт вверх по трапу и оказывается возле двери своей шикарной каюты. Охранники остаются в коридоре.

Дверь открывается.

Прозрачность мне больше не нужна.

Полотно, через которое я прошёл, оказывается каббалистическим. Плашки с тихими щелчками накладываются друг на друга, отрезая коридор от апартаментов.

Кристофер Хоум осматривает покои.

Он что-то чувствует.

Я определяю психотип этого человека — криокинетик. Неудобно. Такой тип может проморозить тебя насквозь, даже не вступая в рукопашный бой.

За дверью — меты.

Хоум не спешит раздеваться и снимать обувь. Его цепкий взгляд скользит по каюте, останавливаясь на креслах, шкафах, двери в санузел. Телохранители, по идее, отрезаны. Но хозяин каюты может впустить их, кода пожелает. Надо упрощать это уравнение.

Два выстрела через бесплотную переборку.

Меты не успевают перейти в боевой режим — их головы взрываются кровавыми брызгами. Кристофер Хоум слышит два хлопка, но всё ещё не видит меня в кресле. Я стреляю из-под иллюзии.

Охранники проваливаются через перекрытия, выпадают из гондолы, погружаются в мир бетона и подземных коммуникаций.

Вокруг Хоума начинает вихриться энергия.

— Не советую, — сказал я. — Очень не советую.

Взгляд мужика пригвоздил меня к креслу.

Хоум среагировал на звук.

— Кто здесь?

— Стойте на месте, — продолжил я. — Никаких резких движений. Не вздумайте применять Дар.

— Вы уверены в своих действиях, молодой человек? — сэр Кристофер быстро приходил в себя. — Кто вам заплатил? Я дам больше.

Кристофер смахивал на взведённый спусковой механизм.

Я понял, что он применит Дар в любую секунду.

Сбить концентрацию этому ублюдку можно было лишь одним способом. Убрав наган в кобуру, я достал кромсатель. И выстрелил летающим клинком в ногу британца. Дико заорав, Хоум потянулся к торчащей из бедра железке. Я призвал клинок обратно, и тот вышел из раны, попутно резанув сэра Кристофера по пальцам. Кровь мгновенно пропитала штанину. Британец прислонился к стене и, тяжело дыша, сполз на пол.

— Ведите себя смирно, — приказал я. — Я чувствую, когда вы набираете ки для удара.

Меценат разразился проклятиями в мой адрес.

И в этот самый момент к нам присоединился Байт Мусаев. Выпав из многомерности рядом с британцем, диверсант ловким движением застегнул на запястье ушлёпка блокиратор и столь же внезапно исчез. Всё это было проделано с изяществом Гудини, я аж восхитился.

А ещё через секунду рядом с дверью в санузел прорезалась вторая дверь. Только проём этот вёл совершенно в иное пространство — в салон автоморфа.

— Нам туда, — сказал я по-английски.

Британец слабел на глазах. Под его ногой уже образовалась небольшая красная лужица. Я прикинул, что мужик сильный, на уровне второго ранга. А это означает, что рана затянется, не дав ему умереть от потери крови. Но это не точно.