Книга Серп и меч на краю империи, страница 2 – Ян Бадевский

— Не смутила, — ответила Джан.

— И это хорошо! — возликовал портье, снимая ключи с гвоздиков под стеклом. — У нас широкий спектр услуг, которые скрасят пребывание столь высоких гостей! Ресторан, тёплый бассейн, доставка еды в номер, переговорные комнаты, собственный курьер, личный водитель и любые пожелания… хм… выходящие за пределы стандартов.

Я не стал уточнять, что это за стандарты.

— Связаться с нами можно по телефону, все номера в ваших апартаментах, — завершил свою тираду портье. — Добро пожаловать в «Уральскую Корону»!

Не успел я поблагодарить услужливого сотрудника, как из боковой двери вышла горничная в красивой, но строгой униформе. Фирменный пиджак, юбка до колен, уже знакомый логотип на груди.

— Сударь, сударыня, — улыбнулась девушка. — Я вас провожу.

Вторая девушка, которую я сразу не заметил, сунула нам в руки по кружке горячего шоколада. Джан с наслаждением испробовала напиток. Я, в соответствии с въевшимися в кровь привычками, поставил кружку на стол. Если уж и пить горячие напитки, то в случайных местах, где тебя не знают. И с гарантией ничего не подмешают.

Перчатки я тоже снимать не спешил.

Девушка проводила нас к старинному лифту с чугунными решётками и деревянными панелями внутри. Всё в этой гостинице было сделано «под старину», дышало респектабельностью и дворянским духом. Насколько я помню, тут есть и додзё, а также общие комнаты отдыха с бильярдом, карточными и шахматными столами.

Главная же фишка «Короны» заключается в том, что здесь сдают номера только представителям благородного сословия. Дворянам. Ни финансисты, ни купцы высших гильдий, ни банкиры или промышленники сюда не вхожи, если у них нет титула. Когда Никанор бронировал номера, то ему пришлось подождать, пока администрация сверится с общегосударственными реестрами и убедится, что фамилии Курт и Иванов действительно что-то из себя представляют.

Лифт поднял нашу компанию на второй этаж.

Забавно.

Широкий коридор, глохнущие в ковре звуки шагов. Картины в позолоченных рамах — преимущественно виды Уральских гор. Живописные места в разное время года.

— Работы местных художников, — горничная перехватила мой взгляд. — Подлинники.

Я не стал углубляться в тонкости уральской живописи.

Мы остановились напротив дверей с номерами «24» и «25». От показа апартаментов отказались. Горничная вставила ключи в замочные скважины, очаровательно улыбнулась и заверила, что всегда к нашим услугам.

Джан, открывая дверь своего номера, поинтересовалась:

— Какие у нас планы дальше?

— Мероприятие начинается в полдень, — я посмотрел на часы. — Адрес мне известен, но… сама видишь, что с погодой. Давай встретимся в лобби примерно… через час.

— Договорились! — прощебетала Джан. И, немного подумав, добавила: — Сергей, в отелях такого класса не нужно спускаться в подземный гараж. Отдай распоряжение по телефону — и машину подадут к центральному входу.

Я молча кивнул.

* * *

Джан оказалась права.

Переодевшись и разобрав свой чемодан, уже стоявший в номере, я позвонил портье и велел подать «Ирбис» к парадному крыльцу в половине двенадцатого. Этого хватало с запасом, поскольку место запланированной встречи находилось в десяти минутах езды от нас.

Первый день съезда предполагал наличие у меня классического костюма, а не смокинга, но вот вечерний бал, который запланирован на девять, диктует другие правила. У нас с морфисткой будет порядка трёх часов на смену гардероба, лёгкий перекус и осмотр города. Но мотаться по Екату в такую погоду я особым желанием не горю.