Книга Страх на краю империи, страница 40 – Ян Бадевский

Один.

Я вышел из додзё через террасу, не оглядываясь.

Ветер с гор ударил в лицо, но я даже не моргнул.

Герцогиня уже здесь.

И теперь — посмотрим, кто из нас лучше держит удар.

— Всегда встречаешь гостей в ифу? — иронично поинтересовалась Наталья Андреевна, когда мы переступили порог библиотеки и остались одни.

Библиотеку я создал для понтов.

Иначе не скажешь.

Бродяга может выдавать любые сведения, хранящиеся в его памяти, для этого не нужно брать в руки толстый фолиант в кожаном переплёте. Но Джан как-то обмолвилась, что в уважающих себя домах обязательно имеется библиотека с бумажными книгами. А ещё — идиотский глобус «под старину» с баром внутри. Я принёс Бродяге журнал современного дизайна, показал несколько «правильных» дворянских библиотек, и домоморф всё это реализовал за пару секунд. Ещё полчаса мы потратили на доработку деталей. Все эти ореховые панели, монументальные стеллажи, пропахшие стариной корешки с позолотой… Я уж молчу про портрет кисти неизвестного мастера, на котором я был изображён присевшим на капот своего «Ирбиса». Там же красовался мой сертификат одарённости в рамочке, закупоренный в бутылку парусник и ещё с десяток финтифлюшек, создающих аристократический лоск.

А вот что не бросалось в глаза, так это созданные Бродягой механизмы и каббалистические цепочки Матвеича, разработанные с единственной целью — воспрепятствовать сканированию дома ясновидцами. Предметы из протоматерии и вовсе не содержали в себе данных, поскольку обновлялись ежедневно в одно и то же время.

— Прошу не сердиться за столь неприглядный вид, ваша светлость, — я виновато развёл руками. — Ваш приезд стал для меня неожиданностью, и я не успел завершить тренировку в додзё.

Герцогиня кивнула.

— Ничего страшного, — на её лице застыло выражение благожелательности, но в глазах бушевало пламя. — Подобные вещи меня не особо смущают. Зато смущают другие.

— Разговор долгий, — спокойно ответил я. — Присядем?

У окна, едва я отдал мысленный приказ, сформировались удобные кресла.

Наталья Андреевна явилась на встречу в элегантном брючном костюме, без оружия и украшений. А ещё она демонстративно надела тонкие белые перчатки. Видимо, чтобы показать барону-параноику, что не горит желанием вмешиваться в его частную жизнь.

Герцогиня покачала головой, отказываясь от моего приглашения.

И повернулась к полкам, разглядывая собрание сочинений.

— У тебя интересная коллекция литературы, Сергей.

— О, вы мне льстите, герцогиня. Энциклопедии, словари… Такое есть у всех. Не думаю, что эти книги заслуживают столь пристального внимания.

— А как насчёт книг из закрытого фонда муниципальной библиотеки? — невинно поинтересовалась Воронова.

Я не поддался на провокацию:

— Не понимаю, о чём вы.

Наталья Андреевна улыбнулась уголками губ.

— Ох, Серёженька… Играешь с огнём.

— Ваша светлость, я скромный барон…

— Давай не будем, — в голосе собеседницы появилась несвойственная ей резкость. — Мы с тобой не первый день знакомы. Когда ты планировал мне рассказать, что заполучил Абсолют в своё распоряжение?

Делаю вид, что задумался.

— Хм. Не помню, чтобы я вообще собирался.

Герцогиня пронзила меня испепеляющим взглядом. Я впервые видел эту женщину в таком состоянии, что не удивительно. Близкая к правящей верхушке дама умела сдерживать эмоции и даже при плохой игре вести себя достойно. Вот только Абсолют… это же потенциальное бессмертие. А никто в здравом уме не хочет умирать. Знаю по себе. Привыкнуть к такому тяжело — во всяком случае в первые несколько сотен лет.