Книга Сила на краю империи, страница 95 – Ян Бадевский

Чем закончится этот бой, я не знал.

Враги были обвешаны артефактами — я видел светящиеся разными цветами амулеты, браслеты и даже пуговицы на одежде. Они знали, с кем имеют дело.

Приняв боевую стойку, я положил ладонь на рукоять меча.

И в этот момент к нам присоединилась центральная фигура.

— Все свободны, — раздался голос князя.

Богратион вышел из коридора без оружия и встал напротив меня.

Воины растворились в окружающем пространстве. Идеальная дисциплина. Никто не проронил ни слова, ни на секунду не усомнился в приказе. Вложили клинки в ножны и удалились.

— Прекрасно выглядите, князь, — моя поза стала расслабленной. — Когда не прячетесь за спинами своих людей.

Глава Рода сверлил меня яростным взглядом. Желваки так и ходили на скулах, но аристократ держался. Совладав с эмоциями, он произнёс:

— Я приношу извинения, барон. Мои люди ошиблись, приняли вас не за того.

Быстро переобулся.

— Разве нападение не связано с тем, что я разбил вашего вассала Бестужева? — говорю, а сам наблюдаю за реакцией аристо.

После небольшой заминки князь ответил:

— Я вынужден снять все претензии, касающиеся войны ваших Родов, — слова давались этому гордому человеку тяжело. — Мной… получено распоряжение свыше. Лидер клана запретил дуэли, вендетты и межродовые конфликты без высочайшего согласования. Мы… в непростой ситуации.

Вот оно что!

Запреты на разборки между благородными семействами — большая редкость. Если при этом один из противников не состоит в клане… В обычных обстоятельствах мой Род стёрли бы в порошок. Но сейчас они не хотят рисковать. И, наверное, предпочли бы иметь меня в союзниках.

По глазам князя я видел, что он не разделяет позицию своего лидера. И хочет уничтожить меня при первом удобном случае… Хочет, но не может. Во всяком случае, сейчас.

Что ж.

И я умею удивлять.

— Я принимаю ваши извинения, князь. В ответ хочу сказать, что война была объявлена Бестужевыми, и я не имел ни малейшего желания бросить вызов лично вам, как сюзерену этой семьи. Я приложил максимум усилий, чтобы сохранить жизни ваших гвардейцев на подступах ко дворцу. Прошу считать инцидент исчерпанным.

Настроение собеседника изменилось.

По глазам я видел, что он не рассчитывал на что-то подобное. Только что я принял его извинения, ответил встречной любезностью и позволил сохранить лицо.

Мы всё ещё были врагами.

Но теперь я увидел во взгляде князя новую эмоцию.

Уважение.

И, если я правильно всё понимаю, в ближайшие месяцы или годы можно будет рассчитывать на вооружённый нейтралитет. Если только Давид Теймуразович не полный отморозок. В чём я сомневаюсь, ведь он бес, управляющий своим Родом не первое десятилетие.

— Хм, — губы бессмертного тронула лёгкая усмешка. — А ты не такой уж и дурак, барон. Я в курсе о твоих договорённостях с министерством обороны. Наглость, с которой ты заявился ко мне во дворец… я не уверен, что мне это по душе. Но в данной ситуации инцидент исчерпан. Постарайся не переходить мне дорогу в будущем.

— Время покажет, — уклончиво ответил я. — Мир?

Князь нехотя приблизился ко мне и протянул руку.

Мы обменялись рукопожатиями.

Разумеется, я понимал, что всё это шито белыми нитками.

Подполковник не обманул — мне выдали разрешение на установку РЛС в тот же день. Документы я передал Плотниковым, и уже на следующее утро в усадьбу заявились геодезисты, каббалисты и прочие спецы, которые занялись измерениями и прикидками.