Книга Сила на краю империи, страница 73 – Ян Бадевский

— Есть серьёзный разговор, — я уселся на стул рядом с круглым столом из морёного дуба и стал наблюдать за тем, как Маро разворачивает чайную церемонию. — В том числе, он касается твоей безопасности.

— Интересно, — бессмертная улыбнулась одними уголками губ, одновременно колдуя над чайником и жестяной коробочкой с изображением слона. — А что не так с моей безопасностью?

— К этому вернёмся в конце разговора, — я умею держать интригу. — А пока я бы хотел поблагодарить тебя за то, что выступила на моей стороне против Бестужевых. Насколько мне известно, вы ещё не подписали мирное соглашение. Думаю, ты имеешь право на часть добычи.

— Не смеши, — фыркнула Маро. — Вы и без меня прекрасно бы справились. А мировую мы подпишем на днях. Александр уже звонил по этому вопросу и уточнял, когда мне будет угодно встретиться.

— У меня много трофейных мехов. С удовольствием поделюсь.

— Нет, спасибо, — сухо улыбнулась девушка. — В этом нет необходимости.

Я задумчиво посмотрел на соседку.

Бессмертная по всем признакам вела себя необычно для аристократки. Не выходила замуж, не рожала толпу детей, укрепляя свой Род, не пыталась подмять под себя вассалов, не обзаводилась мощной гвардией… Много всяких «НЕ». При этом ввязывалась в чужие войны и не испытывала особого страха перед окружающим миром. Я уж молчу про то, что не имею ни малейшего понятия об источниках доходов Маро Кобалии. Я вообще ничего о ней не знаю, хотя можно было бы расспросить Хасана… Так ведь не скажет ничего. Боевое братство, и всё такое.

Пока я был погружён в свои размышления, Маро приготовила чай. Поставила одну чашку передо мной, вторую — напротив. Выставила печеньки и какие-то сладости, напоминающие пахлаву.

— Спрашивай.

Я отвлёкся от своих мыслей.

— Спрашивай, Сергей. Ты же задумался над тем, почему я отказываюсь от трофеев, не нанимаю охрану, игнорирую простейшие меры безопасности?

— Задумался, — кивнул я. — Ты права.

— Сергей, я живу на этом свете полтора века, — начала издалека Маро. — Когда я родилась, не было ни радио, ни телевидения. Я помню времена, когда по улицам Фазиса ездили конные повозки. Даже трамваями не пахло. И канаткой. Представляешь?

Конечно, представляю.

Даже больше представляю, чем ты себе думаешь. Потому что я впервые родился в те времена, когда люди убивали друг друга на потеху публике, а Римская империя считалась центром мироздания и оплотом цивилизации. Люди ездили на конях по дорогам, проложенным во все уголки необъятной страны. Ходили на деревянных кораблях под парусом или гребли вёслами.

— Представляю, — не стал я углубляться в личные воспоминания.

— И, поверь, у меня был полноценный Род, своя гвардия, все дела, — Маро сделала глоток из своей чашки. — Моя семья участвовала в войнах, отец прошёл через множество дуэлей… Тогда, между прочим, основной ударной силой считалась конница.

— Только не говори, что однажды твой отец потерпел поражение.

— Почему однажды? В истории нашей семьи хватало мрачных страниц. В конечном итоге, мы двинулись по пути, который очень тебе знаком, Сергей. Отец, будучи одним из сильнейших мечников страны, вошёл в клан на особых правах. мы никому не присягали на верность, но обязывались вступать в бой там, где этого требовал суд чести. Можно сказать, нами прикрывались, если нужно было решить спорный момент с помощью клинка.