Книга Отступник на краю империи, страница 145 – Ян Бадевский

— Успокойся, — жёстко оборвал я эти откровения. — Он хочет, чтобы ты верила в это. Придерживайся легенды, что бы ни случилось.

— Меня прощупывали телепаты.

— И?

Джан молча прикоснулась к своему колье:

— Есть кое-что… доставшееся по материнской линии.

Ясно-понятно.

Все эти безделушки, которые обожают аристо. Искусно замаскированные артефакты, позволяющие не быть съеденным другими хищниками.

Впереди уже маячили столы с тарталетками, канапе, овощными и фруктовыми нарезками, когда на горизонте объявился новый персонаж.

Меня окликнули:

— Эй, ты! Нищеброд в пиджаке!

Фраза могла быть адресована кому угодно, если бы говоривший не преградил мне дорогу, нагло ухмыляясь. Этого укурка я сразу вспомнил. Мажор из ателье, которого я вырубил недавно за хамское поведение. Если не изменяет память, Алексей Сухомлинский. А память у меня хорошая.

Джан брезгливо уставилась на отморозка.

— Оклемался, — я добродушно хлопнул парня по плечу. — Ты что, шампанского перебрал?

Судя по запаху, я попал в точку.

Аристократ побелел от злости.

— Кто тебя пропустил? Зимний бал — для благородных. А тебе впору ботинки полировать даже самому распоследнему барону.

Заготовленная речь?

Трогательно.

— Уйди с дороги. Я подарил тебе жизнь, радуйся.

— Подарил мне жизнь? — презрительно скривился Сухомлинский. — Ты за собой бы лучше присматривал, холоп.

Вот это зря.

У меня всё меньше поля для манёвра.

Разговоры вокруг нас стихли. Многие наблюдали за развитием событий, попивая шампанское. Я заметил, что рука Сухомлинского тянется к несуществующей рукояти меча.

— Съешь печеньку, — хмыкнул я. — И топай к мамочке.

Я его провоцировал, прекрасно осознавая это.

Ловлю на себе укоризненный взгляд Маро.

Сухомлинский в ярости срывает перчатку и швыряет мне в лицо.

— Вызов. Здесь и сейчас.

— Ты вызвал на бой простолюдина, сынок? — раздался мужской голос из толпы.

Алексей собрался что-то ответить, но между нами вклинился Распорядитель.

— Господа, — слуга встал таким образом, чтобы ни к кому из нас не поворачиваться спиной. — Прошу прекратить это безобразие. Если хотите выяснить отношения — мы предоставим арену для поединка.

— Почему бы и нет, — согласился я.

— Что с нашим оружием? — спросил мажор.

— Вам его предоставят на время дуэли.

Где-то в толпе отец несостоявшегося левитатора изобразил жест «рука-лицо». Сын откровенно позорил свой Род, устроив дебош на княжеском приёме. И лишь начальник службы безопасности, стоя в отдалении, заинтересованно ловил каждое наше слово.

По странному стечению обстоятельств, рядом отирался Лев Барский.

Я вновь ощутил внимание телепатов, но они не сумели пробиться сквозь выставленные блоки. Фон был идеально ровным… потому что я предвидел такой поворот.

— Согласен, — заявил я.

— Прошу следовать за мной, — Распорядитель повысил голос: — Расходитесь, господа! По правилам Дома Эфы на арену допускаются только участники поединка. Мы обеспечим честный бой.

Джан сжала мои пальцы.

— Не волнуйся, — шепнул я своей спутнице. — Всё будет хорошо.

Врать, что скоро вернусь, я не стал.

Потому что уверен: всё только начинается.

Распорядитель повёл нас сквозь банкетный зал, свернул в боковую галерею, и вскоре мы оказались у лифтов, курсирующих между этажами дворца. Красиво жить не запретишь.