Книга Убийца на краю империи, страница 31 – Ян Бадевский

— А чем каратели занимаются? — кошу под дурачка.

Хотя ясно и без старика, чем они занимаются.

— Угадай, — Хасан сделал ещё один микроскопический глоток. — Не все судьбы редактируются мойрами. Еретиков попроще ликвидируют каратели. Это прям элита, лучшие из лучших. Не думают, не рассуждают. Идут по твоему следу, а потом — чик…

Хасан провёл пальцем по горлу.

— Кто такие отцы? — поинтересовался я.

— Руководство, — последовал логичный ответ. — Они всем заправляют. Планируют операции, принимают кадровые решения. В редких случаях выезжают на объект, чтобы взять кого-то… ну, очень крутого. Для показательной казни. Чтобы по телеку засветили отступника, озвучили приговор Совета, а потом наснимали репортажей, как несчастному судьбу исковеркали.

— А вы их не любите, — заметил я. — Инквизиторов.

— За что их любить?

Пожимаю плечами.

И спрашиваю:

— Хорошо, есть иерархия. И кого берут в семинаристы?

— Не только ясновидящих, — заверил старик. — Им нужны телепаты, прыгуны, кинетики. Я слышал, у них и морфисты работают. Целители, понятное дело. При любых консисториях есть закрытые госпитали, в которых лечат что угодно. Что касается бесов… Для них особые условия. Приглашают, но только тех, что с боевым опытом.

— С очень серьёзным опытом, — добавила Маро.

— А ты откуда знаешь? — мне стало интересно.

— Отец рассказывал.

— Странно, что тебя не записали в резерв, — решил дожать я.

Маро не ответила.

— Если и пробовали, она не скажет, — ухмыльнулся Хасан.

— А что, можно отказаться?

— Не всем, — Маро всё же снизошла до ответа. — Тебе, например, нельзя. А что касается клановых аристократов… Глава Великого Дома может договориться. В порядке исключения.

— Понятно, — беру на заметку эту информацию.

Вопрос в том, захочет ли вписаться за неизвестного нищеброда глава клана. Сейчас я вижу ровно ноль причин, чтобы пойти на такой шаг. Но это сейчас…

— Не отвлекайтесь, — сказал Хасан. — Иначе пропустите мудрую историю. Так вот, наш юный кинетик сходу попал в резервисты. Отец его тренировал, учил драться и клинками махать… Думал, что сынишка поступит в гимназию, а уж потом — в семинарию, если повезёт. Повезло раньше. Забрали нашего героя через два года.

— В десять лет? — офигела Маро.

— Ничего удивительного, — Хасан сделал глоток. — У них там многоступенчатая подготовка. Чем младше кандидат, тем лучше.

— Продолжайте, — попросил я.

— Ага, интересно стало? — прокатчик подмигнул. — Мы ещё только разминаемся. Мальчишку забрали, но отец утешал себя тем, что будущее сына обеспечено. Сам сержант в клан вступить не смог — уж не знаю, по каким причинам… Проматываю вперёд. Годы шли, паренёк рос, учился всяким инквизиторским штучкам и в итоге поднялся до карателя. Однажды каратель этот заявился с рейдом на улицу, где прошло его детство. По наводке, само собой. Жила там семья, с которой его отец дружил. Мутное дело. Вроде как научились какие-то самострелы собирать и продавали бандитам. Не скрою, хорошо кормились, отстроили дом, купили машину, а переезжать никуда не хотели. Мол, все свои, каждая собака на районе знает…

— Торговать самострелами, — фыркнула Маро. — Ума палата.

— Я ж их не оправдываю, — грустно улыбнулся старик. — Людям денег захотелось, Аллах мозгов не дал. Часто такое случается. А только пришли каратели и вырезали всю семью. Даже тех, с кем наш герой в песочнице играл. А его там привечали, за родного считали. Дружили семьями… Так вот.