Книга Убийца на краю империи, страница 28 – Ян Бадевский

Хасан был занят — показывал муляжи какому-то хмырю. Насколько я мог судить, хмырь интересовался парными бабочками, и его что-то не устраивало.

Маро увлекла меня в глубину помещения.

— С чем хочешь поработать?

Ответ у меня был заготовлен:

— Давай на танто попрактикуемся. Многие с ними ходят по школе.

Бессмертная кивнула:

— Разумно.

И мы отправились на поиски самурайского кинжала. Чтоб вы понимали, настоящие самураи никогда не воспринимали танто в качестве ножа. Этот клинок использовался для харакири, отрезания голов, добивания врага. Для чего угодно, но только не для дуэлей. Позже танто начали вооружаться купцы и медики — для самообороны. Здесь же, в альтернативной Российской империи, школота активно юзала танто по поводу и без. Многие носили по два таких клинка, а у некоторых аристократок я замечал поясные чехлы с кайкэнами. Ираклий рассказывал мне о школах боя, в которых на танто и кайкэны делался чуть ли не основной упор. А всё потому, что эти штуки удобно применять в людных местах, забитых школьных коридорах, автобусах и переходах между высотками.

Все муляжи были плюс-минус одинаковыми. Тридцать-сорок сантиметров, съёмные рукояти. Клинки обоюдоострые, но в нашем случае — полное отсутствие заточки.

Останавливаюсь перед стойкой с вакидзаси. Изогнутые, напоминающие по форме катану. Были в гимназии ученики, предпочитающие именно такой вариант, несмотря на одностороннюю заточку и увеличенный размер. Да, встречались тридцатисантиметровые вакидзаси. Один сяку, как сказал бы японец. Но гораздо чаще длина таких клинков достигала семидесяти-восьмидесяти сантиметров.

— Вакидзаси? — заинтересовалась Маро.

— Почему нет.

И мы начали выбирать себе инвентарь.

Когда Хасан выпроводил привередливого клиента, мы уже были готовы к трудовым свершениям. Два танто, два вакидзаси. Двуручники меня сегодня не интересовали.

— На шесты не размениваетесь, — хмыкнул старик, подруливая к стойке на своей электроколяске. — Повышаете, так сказать, ставки.

— Хасан! — Маро закатывает глаза. — Ты же знаешь, в какой мы школе учимся.

— Твоё место в кабине механикуса, — отрезал старик. — А не с этой школотой, которая и меч-то правильно держать не умеет. Извини, парень, это не про тебя.

Я промолчал.

И сделал про себя отметку — Маро в прошлом пилотировала этих грёбаных трансформеров. Ударная мощь во вселенной, где все привыкли только мечами размахивать. Наверное, тут бы и крепостные стены сохранились, да только местные интеллектуалы придумали дирижабли. Чёрт, да любой город можно забросать с высоты бомбами! И никто ничего не сделает… Разве что прыгуны на борт телепортируются и вырежут весь экипаж под корень.

— Мы на час-полтора, — предупредила Маро, пока старик методично записывал взятые нами макеты в тетрадку. — Не больше.

— Детка, я тут до десяти вечера сижу. Хоть в темноте маши своими железками.

— Ты сегодня какой-то ворчливый, — заметила Маро.

— Да так… Подняли нервы.

Мы решили не задерживать старика и направились к выходу. Вот только снаружи нас подстерегал сюрприз. Мужик в серой сутане с карманами и нашивками. Короткая стрижка, неприятный взгляд. Я просканировал фигуру типа и пришёл к выводу, что от него можно ждать неприятностей.

На нашем пути стоял инквизитор.