Книга Здесь вам не клан 2, страница 51 – Ян Бадевский

Я ждал чего-то подобного.

И ответ у меня заготовлен.

— До двенадцати лет я тренировался в усиленном режиме… — грустно вздыхаю, делаю драматическую паузу. — А потом… в общем, у меня не пробудился Дар. Я не получил в наследство ни одной родовой техники. И когда это стало очевидным… на меня перестали рассчитывать.

Сенсей не перебивал.

Стараюсь, чтобы текст не казался заготовленным.

Поток откровений натерпевшегося от аристократов отрока.

— Сами понимаете, при таких отношениях с отцом… я перестал заниматься с инструкторами. Всё равно на это всем наплевать. А потом меня похитили, я лишился памяти…

— Наслышан, — кивнул сенсей. — Ты пережил не лучшие времена.

— Так вот, на инициации я получил доступ к силе рода. И теперь жалею о потраченных впустую годах. Хочу восстановить форму.

Бергман кивнул:

— Лучше поздно, чем никогда.

— И я так думаю.

— Ударь манекен.

Сказав это, сенсей плавно сместился в сторону.

Уступил мне место.

И я понял, что начинается своего рода экзамен. Наставник хочет понять, на что я способен. Увидеть меня в действии, проанализировать предел возможностей. А возможности у меня довольно обширны. И я не горю желанием демонстрировать их все…

Приблизившись к трёхрукому столбу, я принял боевую стойку. И в быстром темпе провёл первый элемент из ста шестнадцати приёмов вин-чун для борьбы с буратинами. Я сделал это хорошо, но не идеально, занизив свой реальный уровень.

Глаза мастера неотрывно следили за моими действиями.

— Ты знаешь все элементы?

— Не уверен. Я многое забыл.

— Покажи ещё.

Провожу вторую связку.

— Жёстко, — учитель закряхтел от досады. — Остановись.

Моя правая ладонь успела нанести удар в корпус деревянного друга. Я замер, подчиняясь команде наставника. И услышал предсказуемое:

— Ты воспринимаешь манекен в качестве тренажёра. Это ошибка многих. Включи воображение. Представь, что имеешь дело с реальным противником. Если этого не сделать, ты обречён на линейную механику. Шаблоны тебя погубят. Ещё раз.

Я повторил движения, «пользуясь» советами сенсея.

На деле — просто улучшил уровень техники до минимально приемлемого.

— Уже лучше, — похвалил Бергман. — Достаточно.

Отойдя от тренажёра, я поклонился мастеру.

— Вижу большой перерыв в работе, — констатировал Олег Борисович. — И потенциал… твои реальные возможности шире, чем тебе кажется. И шире, чем ты хочешь показать. Будь честен в бою, и я возьмусь за твоё обучение.

— Что вы имеете в виду?

— Не занятия для всех. Используй часы для уборки, чтобы тренироваться в моем додзё.

— А разве нельзя записаться на факультатив?

Бергман помедлил с ответом.

— Раньше было можно. А потом у меня возникли недоразумения… с проректором. График выстроен таким образом, чтобы лишить меня возможности набирать талантливых учеников.

Мы долго смотрели друг другу в глаза.

Я не стал спрашивать, в чем интерес учителя. Мастера такого уровня не ищут материальную выгоду, но часто думают о передаче своих знаний следующему поколению. Или подбирают людей для какого-нибудь клана. Или преследуют цели, которые мне пока не дано постичь.

Важно другое.

Сейчас наши цели совпадают.

И где же мне взять часы для посещения додзё? Ответ лежит на поверхности — получать очередные взыскания от ректората.

Впрочем, и здесь наставник меня удивил гибкостью ума.