Книга Хтонический ужас, страница 46 – Ян Бадевский

Иду в душ, сбрасываю с себя мокрую, частично окровавленную, одежду. Осматриваю рану в боку. Неплохо заросла, между прочим. Регенерация продолжает работать, даже кость помаленьку сращивается. Порез на плече — сущие пустяки. Бывало и хуже. В том мире, из которого я прибыл…

Смываю с себя кровь и песок.

Набрасываю халат, аккуратно становлюсь босыми пятками на ободок унитаза и тянусь к вентиляционной решетке. Там у меня всё держится на честном слове, шурупы я выкрутил. Снимаю решетку, запускаю руку во тьму и нашариваю оружейный контейнер.

Иди к папочке, родной.

Бесшумный МСП. Компактный пистолетик, такие штуки язык не поворачивается называть «пушками». Два ствола, два заряда. Ближний бой. Прикол в том, что внутри сконструирована ловушка призывателей, а в ней засел плененный элементаль. Один из высших рангов демонической иерархии.

Здравствуй, Аш.

Демон откликнулся молниеносно:

Джерг. Давненько не виделись.

У нас с Ашем джентльменское соглашение. Я кормлю беса праной, тот расправляется с моими врагами, если припекает. А творить демон умеет всякое. Создавать патроны из ничего, делать выстрелы точными, гасить отдачу практически в ноль, повышать убойность стихийным уроном. Элементаль пробивает татуировки, ауры, бронежилеты. Укладывает противников пачками — в зависимости от объема скормленной праны. Честно, я завершил бы дуэль за секунду, будь у меня эта игрушка при себе.

Вы спросите: как я сумел протащить одержимый пистолет на борт «Симфонии»?

Нет ничего проще.

Обзавелся специальным разрешением от Департамента Тайных Дел.

С точки зрения российского законодательства одержимые стволы — за гранью добра и зла. Однако, как говорят в Московии, если очень хочется, то можно. У меня есть уговор с ДПД, так что я свободно пользуюсь оружием, которое не имеет права существовать.

Решил тебя покормить.

Делюсь с элементалем своей праной.

Аш довольно урчит.

Чего тебе, смертный?

Мы отправляемся на войну.

Всегда готов. Укажи цель — и она будет уничтожена.

Моя прелесть. Какой разительный контраст с тем хамом, которого Микуцкая вытащила из канализационного люка в Невозвратном Граде! Теперь мы с Ашем на одной волне. У нас сугубо деловые отношения, натуральный обмен. Я меняю прану на трупы.

Нет уж теперь на свете Микуцкой.

Добегалась.

Засовываю пушку в карман махрового халата, аккуратно спускаюсь с унитаза, завязываю пояс и выхожу в каюту.

— Илья! — раздается голос сестры со второго яруса.

— Чего?

— Ты дома?

— Сейчас уйду.

— Можно по верхним палубам погулять?

— Куда тебе гулять на ночь глядя. Дома сиди, я скоро вернусь.

Роюсь в гардеробе. Шмоток у меня кот наплакал, надо бы обновить закрома. На днях, если выживу, отправлюсь с Полиной в торговые ряды. Цены там будут зашкварные, зато в качестве можно не сомневаться.

Шорты, сандалии. Белая футболка и рубашка навыпуск. Шорты у меня джинсовые, с ремнем. Удобно, если хочешь запихнуть пистолет за пояс, не привлекая лишнего внимания.

Рюкзак — за плечи.

Там у меня куча всяких камней и рун из арсенала демонологов. Свечи, опять же. Соль, песок и не менее важные игрушки. Для изгнания и развеивания.

— Никуда не выходи! — кричу сестре.

— Хорошо.

Полина меня слушается.

Когда умерла мама, мне пришлось взять на себя обязанности опекуна. А характер у сестры, прямо скажем, не сахар. Были конфликты, да и прошлая версия Невзорова не располагала к тому, чтобы ей подчиняться. Выполняют приказы людей, заслуживших уважение. А Илья был полным ничтожеством до своего эпохального распятия на кресте. Мне пришлось поднимать свой авторитет в глазах Полины чуть ли не из-под плинтуса.