Книга Повелитель Рун. Том 9, страница 49 – Илья Сапунов

Мои движения были идеальными. Даже если бы я постарался изо всех сил, выдать худший результат, не рискуя разоблачением, было невозможно. А когда всё дошло до более сложных тестов, всё стало только хуже. Точнее, лучше, если говорить о моём контроле.

— Великолепно, — глаза инструктора засияли, когда я приступил к демонстрации простой магии.

Когда ребром встал вопрос, что показывать, а что оставить при себе, я решил не ограничиваться банальным уплотнением маны. Если уж играть роль наследника клана, специализировавшегося на тонких манипуляциях, то делать это нужно красиво. Вместо того чтобы демонстрировать стандартные заклинания, я выпустил из пальцев марионетки десять тончайших нитей. Это было рискованно: каналы чужого тела всё еще ощущались слегка «деревянными», но память о кровавой резне на болоте, как ни странно, помогала. Тогда я действовал на инстинктах, грубо и грязно, сейчас же я просто придал этой грубой силе изящную форму.

Нити сплелись в воздухе в сложную, вращающуюся геометрическую фигуру. Она пульсировала, но не распадалась. Для стороннего наблюдателя это выглядело как высший пилотаж контроля. Для меня же это было чем-то вроде детской разминки, которую я усложнил, добавив в структуру немного хаоса, чтобы имитировать предельное напряжение.

— Поразительно, — пробормотал инструктор, подходя ближе. Он не смотрел на меня настоящего, его взгляд был прикован к марионетке. — Видите? Вот что значит полная ментальная синхронизация! Сосуд не сопротивляется потоку, он стал продолжением его воли. Он проецирует свой дар!

Фишкой Варенсов, в то же время ставшей причиной их падения, была антимагия. Антимагические струны, разрушающие чужие заклинания, были страшным оружием, если уметь ими грамотно пользоваться. В Кальмире мне пришлось использовать перчатки как костыль, чтобы добиться нужного эффекта. Но с того дня прошло достаточно времени, чтобы я смог улучшить технику. Моим самым главным преимуществом было то, что на самом деле я не был магом седьмой ступени, как показывал. Ложное Вознесение, как бы плохо я его не освоил, давало мне возможности схитрить. Ниито, Бог-Охотник, еще на третьей звезде назвал меня слабейшим божественным существом, и с тех пор мое развитие очень мало походило на путь нормального мага. В Бастионе я перепрыгнул через ступень, а после финального столкновения с Немертвым и моей «смерти» так и вовсе произошло что-то необъяснимое.

Можно смело говорить, что логика и здравый смысл — это не про меня. К счастью, моя уникальность также помогала скрывать мои тайны. Обычный маг всегда пассивно пропускает через своё тело солидный объем маны, и по этим потокам можно понять, какой силы он достиг. Вкупе с внутренним резервом мистиков это приводит к тому, что спрятать свой реальный уровень чрезвычайно сложно. Но моя ситуация… Скажем так, когда я понял, что сложность доступной мне магии ограничена лишь моими знаниями и физическими лимитами тела, моё пассивное поглощение маны изменилось. Мой внутренний резервуар по-прежнему существовал, но его было очень сложно отличить от обычной маны в воздухе. По факту, я лишь интуитивно притворялся тем, кем не являюсь. О сути божественной природы я знал еще меньше, чем об Отречении, но одно понял точно — очень многое завязано на Волю. Стоило мне захотеть, и я мог прокачивать в одну секунду объем одной звезды, а в другую уже семи.