Книга Максимальный Апгрейд. Том 1, страница 43 – Илья Сапунов

Минута тянулась как резина.

Блондин слушал указания в наушнике, и с каждой секундой его спесь таяла. Лицо стало серым и каким-то плоским. Наконец он опустил руку и посмотрел на меня без всякого высокомерия — с глухим, тяжелым раздражением. Ментальное давление пропало окончательно.

— Два года, — сухо сказал он. Голос звучал ровно, словно он зачитывал прогноз погоды. — Для всех одиннадцати. Деньги уйдут на указанные в контрактах счета в течение десяти минут. Взамен вы подписываете стандартный отказ от претензий и соглашение о неразглашении.

— Два года было до того, как ты угрожал убить меня. Теперь это три года. — Я знал, что очень рискую и хожу по опасно тонкому льду. Но наши отношения с Вектором в любом случае были окончательно и бесповоротно испорчены.

Пиджак целую минуту буравил меня взглядом и скрипел зубами. Возможно, он действительно думал, что меня стоит просто-напросто убить.

— … Хорошо. Три года. Подписывай и катись к черту. — наконец хлыщ все же выдавил сквозь сжатые зубы и уселся в своё кресло.

— Еще одно дополнение.

— Ты зарываешься ***! — Пиджак снова вскочил, гневно сверкая глазами.

— Оно очень простое. — Я даже глазом не повел от его оскорбления. — Добавьте в условиях о неразглашении пункт, согласно которому соглашение становится недействительным в случае финансового преследования со стороны Вектора нас и наших родственников. И в случае смерти одного из четырех, полный отчет уйдет в «Филатов. Строительство», если следствие выявит причастность вашей компании.

— Ты кем себя возомнил⁈ Совсем берега попутал⁈ Да я за такие… — Хлыщ только-только собирался разразиться очередной гневной тирадой, как внезапно замер. — Ладно, мы согласны. Но на этом все. Еще хоть одно малейшее требование и вы вчетвером окажетесь в одной общей безымянной могиле.

— Готовь документы, — ответил я, не меняя позы.

Хлыщ молча нажал пару клавиш на панели. А еще через пять минут молчаливого и очень напряженного ожидания на терминале перед нами обновился текст договоров. Векторовские юристы сориентировались быстро: графы про невыполненный ремонт и испорченный инструмент просто исчезли, уступив место сухой формулировке о расторжении контракта по обоюдному согласию с выплатой страховки на особых условиях.

Сумма напротив каждого имени стояла приличная. Для простых работяг вроде нас это были огромные деньги, на которые можно было спокойно жить пару лет, не спускаясь в проклятые туннели.

Демьяныч, придерживая сломанную руку, здоровой ладонью прижался к сканеру. За ним последовали дядя Миша и Ричи. Последним отметился я. Закончив с подтверждением на терминале, мы подписали уже бумажные распечатки. А после снова оставили несколько отметок на терминале.

Мой умный браслет пиликнул, и я увидел уведомление, что мой баланс обновился. Центральный сервер второй линии зафиксировал транзакцию — отозвать эти деньги местная контора уже не могла при всем желании.

— Если данные отчетов утекут в сеть, ты пожалеешь, что родился на свет, — процедил Пиджак, буравя меня взглядом.

— Знаю, не дурак. Но у меня нет никакого желания иметь с вашей компанией хоть какое-то дело. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.

Разговаривать дальше было не о чем. С меня не стали требовать удалений отчетов или еще чего-то подобного. Поступок Вектора был отвратительным, но теперь их защищал подписанный по обоюдному согласию контракт. Если я хоть как-то попытаюсь схитрить, со стопроцентной уверенностью лишусь жизни. И не только я.