Книга И пришел Лесник! 25, страница 28 – Василий Лазарев

— Удалось хотя бы что-то узнать? — спросила Лиана, когда мы уже вывернули на дорогу.

— Совсем забыл. Пенелопа жива! Она смогла обратить в свою веру яутжа, что её украл до того пока, он ей не выдернул позвоночник. Но то ли мы уже отчалили к тому моменту, то ли что-то ещё, но она оседлала яутжа и отправилась на нём в Пекло.

— Оседлала? — присвистнула Лиана. — Сработал похоже её дар.

— Скорее не захотела к нам возвращаться. Мы одни кто сможет с ней разобраться, Пенелопа теперь будет держаться подальше от нас, — проскрипел папаша Кац.

— Через месяц прилетят ещё четыре пирамиды с охотниками. Они решили в качестве кокона для ксеноморфов использовать скреббера.

— Охуели что ли? — не удержалась Лиана и зарычала. — Совсем стыд потеряли! Так они на Тихоню замахнулись?

— Не знаю. Конкретики не было, он сказал, что они будут охотиться на того, кого мы называем скреббером. Если дословно, — пожал я плечами. — Тихоня сам их уделает, чем они его собираются взять?

— Жалко мы не знаем где он. Пожаловаться бы ему, и он растворит их пирамиды и скажет, что так и было, — покачала головой Лиана.

— А вы что… и скреббера знаете? — осторожно спросила Афродита.

— Знаем, ха! — воскликнул папаша Кац. — Лиана у его мамаши роды принимала! Тихоню усыновили потом всем коллективом. Выкармливали, летать учили.

— Особенно ты, — хихикнула Соня. Позади послышался звук падающего тело Фомы. — Ну вот. Опять!

— Бля, да вы чёткие ребята. Знакомый скреббер, пиздите, наверное, да? — вопрошающе уставилась на меня Афродита. — Но так красиво! Продолжайте!

— Отнюдь! И в мыслях не было, — сказал я нейтрально, но не выдержал и заржал на пару с Лианой.

— Так и было, девочка, так и было. Его мамашу сбили нехорошие роботы в воздушном бою. Она рухнула прямо рядом с броневиком. Взрывом её всю разворотило болезную, и мы увидели, что она беременна, когда потрошили ей споровый мешок. Ты же в курсе, что мы там нашли, — прошептал ей на ухо папаша Кац. — так вот, Лиана осторожненько так разрезала животик, а там шестиметровая копия скреббера. Как тебе такое?

— Живая? — я такого выражения лица давно не видел. Только в цирке у акробата, когда он переодетый дедом Морозом ёбнулся в опилки на арену прямиком из-под купола мимо страховочной сетки.

— Ещё какая! Он в этом плане ничем от цыплёнка не отличается. Раз кого увидел первым, того считает за родителей. То есть нас! — папаша Кац подбоченился. — И меня тоже.

— Тебя он мельком только видел, не считается, — добавила Лиана.

— Не фига! Он меня любит, как дядю, — уточнил Изя Кац.

— Дядя скреббера? Ну-ну, давай дальше, — кивнула Афродита.

— А чего дальше? Всё. На первых порах, пока у него зубы не появились его Паук протеином кормил.

— Какой Паук? — подняла правую бровь Афродита.

— Он в стае твоей зеркальной Пантеры состоял, потом уже Фельдшер её заменил, но там совсем другая история, — ответил папаша Кац.

— Ну всё складно, пока верю. И где же теперь скреббер? Как его, Тихоня? Навещает дядю?

— Они все улетели в Пекло, питаться. В Вавилоне в данный момент ничего живого не осталось, но через сто лет там будет курорт, это я тебе отвечаю, — кивнул папаша Кац и мечтательно закатил глаза. — А какие фрукты будут расти в садах.

— А ты знаешь, Изя? Я тебе верю. Ты так проникновенно врёшь, что хочется тебе верить.