Книга Дождись меня в нашем саду, страница 92 – Ульяна Черкасова

И Войчех застыл с занесённым для удара ножом.

Трое молчали в оцепенении. Только матушка хохотала:

— Сабери её сиснь! Попробуй посмертки своей масери. Давай! Давай, Белый! Я готовила тебя к этому!

Теперь, глядя королеве в глаза так близко, зная, кем она была, как она изменила всю его судьбу, Белый медленно опустил нож.

Он совсем не знал родной матери. И никогда уже не узнает.

— Я пришёл убить тебя, это заказ Велги Буривой, – произнёс он холодно, не моргая.

Венцеслава держала голову прямо. Смотрела сурово, с вызовом, как если бы сама держала оружие в руках и готовилась защищаться.

— Знаешь, за что она мстит?

Королева была красива, точно святая на фреске. Седовласая, она словно искрилась серебряным светом, какой бывает в зимнюю лунную ночь. Поведя тонкой бровью, она слегка дёрнула плечом.

— Я заказала Во́ронам убить её и брата.

— Ещё мою тётку, – добавила глухо, почти равнодушно Велга. – И Гюргия Большая Репа.

Последнее наконец-то заставило Венцеславу нахмуриться, растерять свою королевскую сдержанность.

— Большая Репа? Впервые слышу. Какое дурацкое имя, – бросила она с презрением, не оборачиваясь, продолжая стоять к Велге спиной. – И твою тётку я не трогала. Мне нет никакого дела до жизни Матеуша, если это не вредит государству. Как видишь, я даже позволила ему взять тебя в жёны, да ещё и до окончания траура…

— Подожди, – растерялась Велга. – Хочешь сказать, это не ты убила мою тётку?

— Я уже сказала, что нет, – раздражённо отрезала королева, скосив глаза, и вдруг резко посмотрела Белому прямо в глаза. – Ты же пришёл убить меня? Сколько она тебе заплатит за это?

— Три тысячи золотых.

Красивые губы изогнулись в надменной улыбке.

— Что ж. Справедливо. Зуб за зуб, Велга Буривой.

Она положила руки на плечи Войчеху, придвинулась, коснулась губами его щеки.

— Я рада, что это будешь ты. Это тоже справедливо.

И, не оглядываясь, прошла к своему креслу во главе стола, не спеша, с нарочитым изяществом, присела, положила руки перед собой и медленно оглядела всех присутствующих.

— Что ж, не заставляй меня ждать, Белый Ворон.

Невольно он встретился взглядом с матушкой, точно требуя её благословения. Здислава по-прежнему широко улыбалась.

— Давай-давай, – поторопила она.

Велга молчала. Она не двигалась с места.

Каждый шаг до королевы, кажется, занял вечность. Белый встал за её спиной, наклонился, поднося нож к горлу, и вздрогнул, когда нежная ладонь легла на его руку.

— Каждому нужно настоящее имя, данное при рождении матерью…

Венцеслава легко провела большим пальцем по его руке:

— Я назвала тебя…

Он не дал ей договорить.

— Плоть – земле.

— Душу – зиме, – эхом отозвались ему два голоса.

Белый поднял голову и встретился глазами с Велгой. Она осенила себя священным знамением, но прошептала она другие слова, обращённые к другой богине.

Когда всё закончилось и Белый забрал посмертки королевы, кожа на запястье начала зудеть. Договор пришёл в исполнение.

Остался только один.

Стражники не спешили на крики. Никто, кажется, их не услышал. Белый не удивился бы, если это всё было колдовство Здиславы.

— Найди Граса. – Матушка подошла к окну, за которым умирал день. – Разберись с предателем. – Она оглянулась на Велгу. – Она саклюсила с ним догофор.

И матушка скинула платок, хватаясь за перо в волосах. Тело её менялось быстро, куда быстрее, чем у Грача. Спустя несколько мгновений из замка вылетел чёрный ворон, и Белый с Велгой остались одни.