Книга Дипломатическая академия, страница 142 – Алексей Урусов

— Пытаемся поднимать тему, — согласился Константин Михайлович, — но слишком упирать нельзя. Если они поймут, что мы нуждаемся в сделке, цены собьют. Так что пока ждём подходящего момента.

Продолжая спускаться по лестнице, после нескольких секунд молчания, Константин Михайлович сменил тему: — Насколько же реально Андрей похож на Николая Петровича в юности. Поразительное сходство; мы-то с Михаилом будущего императора в этом возрасте хорошо помним, тогда же как раз курсантом стал. Надо же, как всё сложилось у Алексея-Андрея! В жизни бы не подумал! И в последние месяцы, даже по сравнению с летними фото, Андрей выглядит совсем по-другому. Я всё фотографии разглядывал, и не мог сообразить, почему? Оказалось, всего лишь подстриг волосы. Пока был с хвостом, совсем иначе воспринимался, как какой-то гражданский охламон. Понятно, теперь-то студент дипакадемии: там у них стиль строгий, форма почти военная.

— Но как он иранским владеет: синхронный перевод на очень высоком уровне, даже для МИДа! Стрекочет, как пулемёт, — присоединился к разговору Михаил Михайлович. — Когда внуки мои, Борис и Глеб, после магического шоу рассказали о знакомстве и описали Андрея, сын Антон сразу полез фото Андрея искать и смотреть: больно уж описываемый на Николая Петровича в молодости походил. А оказался копия. Вот же как обстоятельства повернулись!

Беседа шла уже у машин, и согласно кивнув и пожав плечами: — Неисповедимы пути Господни! — наследник престола попрощался с Константином и Михаилом и сел в машину.

Едва автомобиль вырулил со стоянки Дома приёмов, Владимир Николаевич ткнул на первую кнопку быстрого набора смартфона и дождавшись ответа произнёс: — Пап, не на выезде? Да, закончил. Есть информация. Не только о переговорах.

Москва. Спортивно-развлекательный комплекс «Галактика».

«Большое совещание» по предстоящим на год работам мне удалось собрать только после того, как Костя и Марк, по нынешнему статусу — Константин Сергеевич и Марк Васильевич, — смогли представить наброски и проекты всех построек. Даже в Крыму я итоговое совещание не проводил — самому вначале нужно было принять окончательное решение. Оно, правило ведь такое — прежде чем совершить очередную глупость, надо обязательно основательно поразмышлять, иначе глубоко вляпаться не получится. Хотя, с моими-то талантами: в лёгкую. Это я так сам с собой шучу. А если серьёзно — объём предстоящих работ пугает.

Все расселись. Замерли. Чуть не половина руководителей за пятьдесят, а с почтением ждут, когда я заговорю. Понимаю: много новой собственности и их руководители видели меня по два-три раза, знают не очень, и судьба предприятий и, надеюсь, подчинённых, их волнует.

Поэтому решаю сначала внести позитивную струю и обращаюсь к главбуху: — Расскажите, как у нас сейчас финансовое положение?

— Всё в порядке. Налоги по итогам года выплачены полностью. Работники получили премии.

— И что сейчас на счетах имеется в виде «живых денег»?

Бухгалтер, быстро окинув подозрительным взглядом присутствующих, как потенциальных расхитителей и грабителей оберегаемых сокровищ, докладывает: — Три миллиарда и шестьсот сорок миллионов.

Вижу, как руководители, до этого уткнувшиеся в записные книжки, удивлённо вскидывают глаза. Примерно на такую реакцию я и рассчитывал. А теперь мы их добьём; и я задаю следующий вопрос: — Их что, больше стало за полгода?