Онлайн книга «Дипломатическая академия»
|
Арапов рапортует: — Выход на верхний балкон дискозала. Цесаревич слегка кивает, широкие двери послушно распахивают и до нас доносится «тыдынц-тыдынц-тыдынц». Александр Владимирович через высокие, по грудь, перила из стекла и металла, смотрит вниз. Так вот в чём причина относительной тишины: многослойное стекло до пояса и установлено так, чтобы отражать звук. Внизу танцует не меньше трёх-четырёх сотен человек. Ещё сотня или две кучкуются у барных стоек. Композиция заканчивается, и диск-жокей кричит: — Танцпол, вам понравилось? Раздаются согласные крики. Музыка стихает и тот же голос продолжает: — Уважаемые гости. Сегодня с нами в «Галактике» отдыхает его императорское высочество цесаревич Александр Владимирович Романов. Сейчас он находится на балконе над танцполом. Поприветствуем нашего будущего императора! Осветители переносят лучи прожекторов с танцпола на балкон и яркий свет выхватывает нашу толпу. Я в растерянности… Но цесаревич говорит, похлопав меня по спине: — Интересовались моим мнением, я согласился. Он машет рукой; аплодисменты, начавшиеся после объявления, перерастают в овацию. Александр складывает руки в рукопожатие, поднимает их впереди себя и немного трясет, широко при этом улыбаясь: — Спасибо! Спасибо! Я здесь на дне рождения моего друга, Андрея Андреевича Первозванова. Рад, что праздник не только у нас! Хорошего вам вечера, позитивного настроения, удачи на жизненном пути! Толпа встречает его пожелания рёвом. Ди-джей продолжил: — Друзья Андрея Андреевича тоже хотят преподнести ему подарок. Танцпол, потерпим три минуты? — Да-да! — раздалось внизу. — Я не слышу вас, танцпол! — кричит ди-джей. — Потерпим⁈⁇! — Да!!! — дружно рявкнула толпа. На танцпол стали выходить мои друзья вместе с девушками. В центре встали Лука Протасов с Евой и Михаил Саворнян с Алиной. Луке принесли микрофон, и он заговорил: — Андрей Андреевич, здесь, с нами, два наших маленьких сына — два Андрея. Они совсем ещё крохи, но, когда подрастут, мы им обязательно расскажем, почему мы их так назвали и что Вы для нас сделали. Андрей, мы, все ваши друзья, желаем Вам всего самого наилучшего. Какие-то женщины вынесли к ним два продолговатых кулёчка, и я с замиранием понимаю, что это и есть молодая поросль Протасовых и Саворнянов. Детей уносят и из колонок льётся музыка. Я узнал этот вальс из «Маскарада». Парни подхватили девушек и закружили их по танцевальному залу. — Андрей, за что они тебя благодарили? — задаёт вопрос цесаревич. — Баронские рода два поколения враждовали, я участвовал в организации их примирения. Цесаревич задумчиво покачал головой… Вальс закончился. Девушки стали подпрыгивать с криками «Поздравляем» и хлопать в ладоши. Вместе с ними захлопал весь зал. Мои друзья протягивают партнёршам руки и уводят их из зала. По шуму за нашими спинами понимаю, что людей там много: оказывается, пока шёл вальс, остальные гости тоже подтянулись и с интересом смотрели вниз. Во время танца, в глубине зала, где была большая сцена, шла какая-то суета, но за разговором с цесаревичем и наблюдением за танцующим было не до неё. Теперь же мы, стоя на верхотуре видим, что сцена закрыта большим занавесом, а перед нею, спиной к нам, в три ряда сидят люди в чёрных балахонах. Это же… |