Книга Теперь ты в армии, страница 93 – Алексей Урусов

Зашедшему с докладом заместителю, директор аэропорта задал вопрос: — Ну как? Так и не нашли?

— Глухо, — отрицательно покачал головой зам. — Взять сейчас «Аурус» в аренду в Москве невозможно: всё забронировано под знать два с половиной месяца назад, когда стала известна дата свадьбы Надежды Романовой и Артура Гефта.

— Тогда пусть в воздухе дожидаются очереди, — осклабился директор. — Попробуй аристократу подать не «Аурус»: тут же сквозь оттопыренную губу услышишь всё, что он о тебе думает. И радуйся, если этим закончится: может ведь и иск вчинить. Или будет орать, что он особа, приближённая к императору*, размахивая при этом перед моим носом пачкой разноцветных приглашений на свадебные мероприятия.

— Любят они меряться толщиной, — с ухмылкой проговорил зам, — пачки приглашений.

* Ильф и Петров, «Двенадцать стульев».

Западная зона локального пограничного конфликта. Взводный опорный пункт.

Вечером, осмотрев, как специальными длинными канатами и роботами моряки стягивают вниз тех из атаковавших, кто остался лежать на поле боя, лейтенант Ходырев снова собрал сержантов. Мне его рассуждения про атакующих показались интересными: — Как и в прошлый наш приезд на опорник, сейчас в атаку шли африканцы и арабы. И оружие такое же, устаревшее. Да и снаряды ложились не очень точно, что показывает, что они устаревших моделей и скорее всего, уже сроки хранения выслужили. Исходя из этого и будем действовать — негры и арабы в атаку идут не очень охотно, уровень подготовки у них слабенький. Но их много и давить нас будут массой. И наша первейшая задача — выбивать сержантов и офицеров, которые солдат в атаку запинывают. Сегодня оба наката захлебнулись сразу же, как только мы смогли у них командиров проредить. То, что они нас больше не атаковали, это странно: времени на то, чтобы подвести другую роту и организовать штурм, у них было достаточно. Но, думаю, посчитали, что наши позиции вскрыли. Значит, завтра будет гораздо жарче, ждём продолжение и готовимся.

До утра нас больше не трогали — точнее, не атаковали. Зато бомбы, мины и ракеты продолжали прилетать: беспокоящим огнём нам решили не дать выспаться. Наивные: в учебной роте у некоторых сержантов голоса были погромче падающих бомб. И мы под эти голоса спокойно спали и видели сладкие сны.

Под утро нас порадовали: с тыла подошло подкрепление — отделение миномётчиков и отделение дроноводов, которых командование направило на наш опорный пункт. Ходырев быстро распределил им задачи, а нам сообщил, что все морпеховские опорники получили пополнение, а утром авиация ещё и по польским тылам отбомбится.

То, что готовится сильная атака, мы поняли еще до того, как полностью рассвело: на наш холм с интервалом в несколько минут прилетело три залпа ракет. Попадания были не очень, но часть траншей нам разрушили.

Вслушиваясь в грохот наверху, Композитор сделал вывод: — Эти пошли…

И для наглядности сложил руки в локтях и помахал руками как крылышками, щёлкая при этом зубами.

— Оооо?!? — деланно удивился Спартанец: — Гоблины⁉

— Нет же, — возразил Гриша, — Змеи Горынычи.

— Ну, так-то ты со своими ушами и оскалом на гоблина больше похож, чем на Змея Горыныча, — пожимает плечами Курочкин, — вот один в один Шрек или Несокрушимый Халк, только в зелёный цвет покрасить.