Книга Теперь ты в армии, страница 92 – Алексей Урусов

Согласно киваю. Пока всё понятно.

В заключение Ходырев объясняет свои действия: — Я бы фугасы и бочки придержал для более ответственного момента, но на нас слишком плотно бомбы кладут, и могут бочки повредить; закапывали их не глубоко, чтобы взрывом фугасов можно было выбросить из грунта. Взорвём сегодня. Готовьтесь, инструктируйте матросов.

Расходимся по блиндажам.

Подготовка ко второму штурму у противника продолжалась необычно долго: как оказалось, поляки решили провести одновременное наступление на несколько опорников; во всяком случае, на исходные позиции для атаки на наших соседей и на нас, польские штурмовые группы начали выдвигаться в одно время.

Распределяю матросов-стрелков по секторам стрельбы, отдельно проговариваем с каждым снайпером взаимодействие при подрыве бочек. Морпехи занимают позиции на огневых точках и начинают постреливать.

Стоящий рядом с мной Спартанец вздыхает: — Вот же, ёшки-головёшки. И не сидится им в своей Африке… Хотя я знаю почему, — Лёна Курочкин делает загадочное лицо, а матросы, находящиеся поблизости, стихают, надеясь услышать «секрет» и поржать конечно: если Лёня открыл рот, то через минуту все вокруг будут смеяться. И Лёня не подводит: — Видел я на картинках и в кино, какие у них там девушки. Я бы от таких тоже убёг. Вот они и лезут, к нашим хотят.

— Не отдадим! — матросы со смехом выходят на позиции.

Прохожу по небольшой траншее, точнее, подземному ходу, выводящему под подбитый польский танк. Очень удачно он стоит на склоне: из-под его корпуса открывается хороший обзор, а с боков я прикрыт гусеницами, и меня заметить практически невозможно. Ложусь, готовлюсь к стрельбе.

У Ходырева хватило выдержки, и он часть атакующих пропустил выше линии, где были заложены фугасы, и когда они сдетонировали, а бочки взлетели на воздух и с грохотом стали выплёскивать горящее топливо, часть наступавших оказалась в огненной западне: вниз по склону им бежать было нельзя — там бушевало пламя, а выше были мы. Ну, не долго они метались…

Как только огненный вал покатился вниз, на наступающую на нас роту, мы начинаем выбивать тех, кто мешает польским солдатам правильно исполнять свой воинский долг — то есть драпать от русских морпехов. Пытавшихся остановить бежавших «поляков» оказалось немного — когда к тебе приближается бушующая волна огня высотой несколько метров, то, даже если ты при лычках или звёздочках, возникает естественное желание свинтить от неё подальше. Огненный ураган оказался неожиданно мощным и впечатление на противника произвёл. Нас в этот день больше не атаковали, а мы, воспользовавшись этим, смогли поддержать соседние опорники, открывая фланговую стрельбу по атакующим. Далеко, но к земле их немного прижимали и поддерживали в тонусе.

Москва. Аэропорт «Внуково-2».

«Литерные» самолёты садились с интервалом в несколько минут: губернаторы, руководители имперских ведомств, судьи и прокуроры, главы городов-миллионников, владельцы крупнейших компаний страны, генералитет: все слетались на предстоящие свадебные торжества. Самолёты можно было бы сажать и чаще — количество полос позволяло, но неожиданно вскрылось «узкое место», из-за которого «литерным» самолётам приходилось немного задерживаться в небе: в аэропорту не хватало «Аурусов» для перевозки аристократов от места посадки до вип-залов.