Книга Теперь ты в армии, страница 34 – Алексей Урусов

Матросы вокруг весело улыбаются.

После обеда лейтенант со щитом и мечом на петлицах не появился.

* Песня группы «Наутилус Помпилиус» — «Горох об стену». Автор текста и музыки — Вячеслав Бутусов.

Близ Чернигова. Временный казарменный городок полка морской пехоты.

После нескольких занятий в тире, наша рота впервые вышла на стрельбище. Ну, как вышла — прибежала. Каждое отделение с бревном на плечах. Все мы ещё раз убедились, как прав был Трегубенко, когда говорил, что морпех — пять минут дельфин, а в остальное время — беговая лошадь. Я в лошадях неплохо разбираюсь, и могу полностью подтвердить его слова, хотя и с небольшой поправкой. Лошадь, скорее — не беговая, а тягловая.

Построив роту на стрельбище, командир вывел меня из строя: — Ну что, сейчас нам матрос Первозванов продемонстрирует своё умение в ведении снайперской стрельбы. Он обещал удивить нас тем, что будет не только чётко выполнять подход к начальнику и отход от него, что уже гарантирует удовлетворительную оценку, но ещё и попадать в цели при стрельбе. На каком расстоянии поднять ростовые мишени? — командир роты помнит мой рассказ про «боевые навыки» и сразу решил их проверить.

Отвечаю: — С «Калашникова» метров на восемьсот, а если из СВД — больше километра.

— Автомат ты свой знаешь, так что давай на восемьсот по ростовой фигуре. Старайся поразить центр головы. Пять выстрелов.

Согласно улыбаюсь: — Так точно. Пять выстрелов, пять мишеней.

Разносчик выдаёт мне патроны, по команде «Оружие снарядить» вставляю их в магазин, присоединяю к автомату.

Громко докладываю: — Матрос Первозванов к бою готов!

Слышу громкую команду от Трегубенко: — К бою!

На бегу снимаю автомат с плеча, падаю на расстеленную плащ-палатку, раскидываю ноги для упора, прицеливаюсь, снимаю автомат с предохранителя. Докладываю: — Матрос Первозванов к стрельбе готов!

— Огонь! — громко кричит капитан.

Понимаю, что это для меня лёгкая цель, но расслабляться нельзя: не имею я права на самоуверенность — нет такой эмоции в списке допустимых у снайпера. Навожу автомат на мишень, прицеливаюсь, стреляю; сдвигаю ствол на следующую — выстрел; выстрел, выстрел…

Лёжа докладываю: — Матрос Первозванов стрельбу закончил!

Так же по командам ставлю автомат на предохранитель, поднимаюсь и возвращаюсь на исходную позицию.

На планшет Трегубенко приходит сообщение, он его рассматривает и кричит заму по спецподготовке: — Олег, глянь.

Подходит зам ротного по боевой подготовке старший лейтенант Козлов с секундомером в руках: — Меньше пяти секунд!

Затем, обращаясь ко мне: — Первозванов, тоже подойди.

Подхожу, тяну руку для доклада, командир роты показывает пальцем: — Смотри!

На экране планшета пять зелёных квадратиков — верхние части мишени, и во всех в центре аккуратный кружок, обведённый мелом.

— Красава, морпех, молодца! Ну что: морпех сказал — морпех сделал! — улыбается Трегубенко.

— А из СВД на сколько пробьёшь? — тут же задаёт он вопрос мне.

— Километр двести или километр триста, но тут уже оптика нужна, — рапортую я.

Старший лейтенант Козлов приносит снайперскую винтовку Драгунова с оптическим прицелом и подаёт её мне: — Моя. Вечером чистишь!

— Есть вечером чистить!

Беру, осматриваю. Говорю комроты: — Один пристрелочный выстрел потребуется.