Книга Право на Власть, страница 46 – Евгений Волков

Небольшая вспышка — и тактическая система пометила моего противника как выбывшего из боя. Мне удалось вгрызться в его щиты настолько, что несколько прямых попаданий в корму напрочь лишили его маршевых двигателей. Теперь этот корабль не представлял особой угрозы.

Вывернув «Тень», я направил её прямиком на эсминцы. Тем уже и так приходилось несладко. Первый ордер, полный сил и не участвовавший в начальной стадии сражения, смог пробиться к ним и теперь яростно грыз их щиты, периодически получая в ответ такие плюхи, что могли бы сломать хребет слону.

Пираты подняли белый флаг. От Крейна пришёл общий приказ: всем кораблям ордера надлежало прекратить обстрел столь лакомых мишеней и перейти в режим наблюдения. Я продублировал приказ команде, передал управление кораблём Лили и стремительно вывалился из нейросинхронизации.

Ох, Бездна милосердная!

Тело мгновенно отозвалось такой чудовищной болью, будто меня только что прогнали через тренировочный зал моих собственных абордажников, где я всё это время выполнял роль груши для битья.

Болело всё. Казалось, ткни в любое место — и оно тут же отзовётся острой вспышкой. Даже с учётом того, что встроенный меддок ложемента щедро накачивал меня нужными препаратами, тело просто разваливалось на части. Я отлично представлял, какие ощущения сейчас испытывают остальные члены экипажа. Кряхтя и матерясь, я с трудом выбрался из пилотского кресла и осмотрелся, тяжело опираясь на него.

Харрг сидел совершенно неподвижно, явно боясь сделать хоть одно лишнее движение. Его короткая тёмная шерсть стояла дыбом от нервного напряжения, а кончик хвоста то и дело нервно дёргался из стороны в сторону.

Рен выглядел ничуть не лучше. Он замер в ложементе навигатора и молча смотрел в мою сторону совершенно красными от лопнувших капилляров глазами. На его светлой коже то тут, то там проступали пунцовые пятна — наглядные последствия колоссальных перегрузок.

Я виновато оскалился, чувствуя, как мелко подрагивает верхняя губа. Сил на нормальную усмешку у меня просто не нашлось.

— Ну, простите, парни. Такой вот он, космический бой, — прохрипел я, медленно сползая на пол.

Всем нам вскоре потребуется пройти через полный цикл восстановления в медицинской капсуле. Впрочем, это было делом ближайшего будущего. Сейчас же хотелось только одного — покоя. Я опёрся спиной о холодный пластик основания ложемента и бессильно прикрыл глаза.

— Итого нам удалось захватить почти полсотни пиратского отребья. Помимо этого — два эсминца союзной постройки и четыре фрегата, из которых более-менее на ходу всего два, — продолжал свой доклад Адриан.

Теперь мы поменялись ролями. Если в пылу сражения я доверил ему управление боем и не прогадал, мысленно отметив, что его следует повысить в должности, то сейчас, когда мы сидели в кают-компании малого крейсера «Восход», я вновь был полноправным герцогом. Совещание проходило в той системе, где была организована засада. Мы не боялись появления пиратского подкрепления, просчитав все возможные варианты и придя к выводу, что в запасе у нас как минимум сутки. И эти сутки мы тратили на то, что веками делали все победители — мародёрствовали.

Крейна я почти сразу назначил командовать двумя ордерами, отстранив от командования недовольного капитана, чьё имя я даже не стал запоминать. Тот слишком явно выразил недовольство, и почти сразу же наш с ним контракт был разорван. Как и контракт со струсившим командиром корвета. Ни крысы, ни трусы в моём флоте были не нужны.