Книга Рожденные холодом, страница 134 – Дмитрий Крам

Ни одного следа зверя или зараженного нам не попалось, поэтому когда я увидел бережно укрытую снегом землянку, решил заглянуть на огонёк и чуть передохнуть. Пока отрывали вход, даже немного разогрелись.

— Здравствуй, изба, — сипло изрек Кощей, когда входил, и ласково похлопал по косяку.

— Охотник? — скептически глянул я на него.

— Бывший, — ответил он.

Здесь мы еще раз выжали вещи, покрывшиеся ледяной корочкой. Посидели, перевели дух. Был соблазн развести огонь, нормально погреться и просушиться, но все же перед ним удалось устоять. И дело даже не в потенциальных преследователях. Погони я не боялся. У Крыс осталось максимум три человека. Они промокли, потеряли большую часть людей и имущества, и даже не поняли, кто на них напал.

Кощей сказал, что основная часть бойцов ушла в рейд, а на базе оставался один сброд. У меня преимущество в виде грелки и выносливости кваза. Главное, определиться с направлением, а там и до поезда недалеко. Только вот топливо во фляжке кончится раньше, чем мы достигнем цели. Ну нечего, немного померзнем.

Начало светать. Я понял, где встает солнцезаменитель, сориентировался с направлением и поглядел на ксера.

— Готов?

Тот снова молча кивнул. Это хорошо, что он такой понятливый. Без этих лишних вопросов. Сразу видно, человек опытный. Не бьют, грелку дают, уже замечательно.

Дошли до поезда мы только к обеду. Затылок как будто бы закололо. Я обернулся. Ничего не увидел, но непроизвольно ускорился. Заметив моё беспокойство, Кощей вопросительно посмотрел. Я лишь пожал плечами и пошел еще быстрее.

Ксер снова проявил редкую понятливость, тоже поднажал, причем, за счет своих длинных ног даже меня обогнал. При ускорении стало куда теплее, так что мы, не сговариваясь, перешли на бег. До поезда оставалась считанная сотня шагов, когда стала ясна причина моего беспокойства.

По следу шел жирнющий снеговик. До него было еще метров триста, но этот зубастый колобок рванул с такой скоростью, что у него были все шансы нас догнать. «Щас бы спека вколоть», — промелькнула в голове мысль, а ноги двигались так быстро, словно я и не по снегу бегу в застывших штанах и унтах, а по травке в специальных кроссовках.

На бегу расстегнул и сбросил куртку, следом избавился от помпы. Скинуть автомат не решился.

— Дверь! — заорал я Кощею, сам развернулся и припал на одно колено. Поймал в прицел скачущий мохнатый комок и выжал спуск. Сквозь пальбу слышал скрип затвора.

А если Кощей запрыгнет и закроется изнутри? От этой мысли стало еще страшнее. Я развернулся и снова побежал. Ксер уже заскочил в поезд. Я оттолкнулся и приготовился удариться о закрывающуюся дверь, но в итоге ухватился за протянутую руку.

Кощей втянул меня и захлопнул дверь, в нее тут же врезалась тварь. Вагон содрогнулся, но металл даже не деформировался. Ксер крутанул затвор, отсекая нас от внешнего мира. Мы нервно расхохотались, кричали что-то вроде «Выкуси!» и «Хрен тебе!».

— А ты кто вообще такой? — задыхаясь от смеха и сбитого бегом дыхания, сипло спросил Кощей.

— Козла помнишь?

— Конечно. Забудешь эту рожу наглую.

— Я его крестник — Заноза.

— Да иди ты! А меня Дылда звать.

— Да иди ты!

День пятьдесят четвертый

Просторы Стикса

Минус тридцать один градус по Цельсию

— Шучу-шучу! — замахал руками и рассмеялся ксер. — Видел бы ты свою рожу! — он захлопал ладонью по полу, и тварь снаружи снова ударила по вагону.