Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 97 – Максим Мамаев, Макс Гато

Вокруг нас, казалось бы, лежала привычная местность — мы не раз ходили здесь в Зону и в патрули, да много куда. Вот только даже воздух вокруг казался другим — напряжённым, прохладным и натянутым, как струна. Лошади и те шли осторожно, с поднятыми головами. Ну а уж деревья по сторонам тракта и вовсе были тихими: ни пения птиц, ни звуков зверей. Всё живое попряталось вглубь, подальше от человеческих троп.

— Тише стало, — негромко бросил Аскольд, успокаивающе поглаживая гриву своего жеребца. Его правая рука не покидала эфес сабли.

— Не тише, — мягко поправила его Сольвейг, — напряжённее. Пахнет страхом.

Светлые волосы валькирии, собранные в тугой узел, казались единственным ярким пятном в сером цвете леса. Рома, обычно болтливый и готовый к любым шуткам и приключениям, молчал. Он всё ещё переваривал ту силу, что влилась в него после Крещения Хаосом, и вид опустевшей дороги не сулил ничего хорошего.

Остальные хаоситы тоже особо не шумели. Они присматривались к обочинам, профессионально оценивая угрозы. Эти люди десятилетиями, а то и дольше выживали в ссылке, в заточении, и их инстинкты были отточены до бритвенной остроты.

Алексей пришпорил коня и подъехал ближе ко мне. На нём уже не было следов кровавых подтёков и пыли — он, как и все остальные, отмылся в первом же ручье. Вот только у Магистра состояние всё-таки было похуже: тени под глазами и резкие морщины выдавали его усталость. Он потратил на ритуал не меньше сил, чем я, просто немного по-другому.

— Давно не был в больших городах и на крупных трактах, — проговорил он, всматриваясь в пустующую дорогу. — Но это не похоже на мирное время. Больше на затишье перед бурей.

— Буря уже началась, — отозвался я, не поворачивая головы. — Осталось лишь закончить её.

Ветер дул нам навстречу и доносил древесную свежесть леса. Мы настигли на тракте первую группу людей. Это были не воины, а крестьяне, притом целые семьи. Мужчины с телегами, доверху набитыми домашним скарбом, женщины, прижимающие к груди узелки и детей, старики, идущие, опираясь на посохи. Их одежда была покрыта пылью, а на лицах застыла усталость и немой вопрос.

Они шли в сторону Чернореченска, но, завидев вооружённый отряд, в их глазах вспыхнуло беспокойство. Они принялись было сворачивать с дороги в колею, уступая место. Но я отдал команду своим.

— Левее!

Наш караван прижался к обочине тракта, и нам удалось разъехаться с крестьянами.

— Беженцы, — коротко произнёс Аскольд. В его голосе не прозвучала жалость, только холодное признание факта. — Я не раз видел подобное. Война всегда начинается с них, с тех, кто ничего не решает, но всегда платит первую цену.

Один из стариков, тащивший на плече тяжёлый узел, споткнулся и чуть не упал. Один из Мастеров Алексея, ловкий мужчина лет сорока на вид, быстро соскочил с коня, подхватил старика под локоть и помог ему встать на дорогу, а затем молча вернулся на место. Алексей встретился с ним взглядом и едва заметно кивнул. Уроки взаимовыручки в условиях выживания клан Магистра усвоил на отлично.

Чем ближе мы подходили к Чернореченску, тем больше становилось людей. Но начали встречаться и оставленные деревни с пустыми избами и амбарами.

На разъездах появились всадники в доспехах и с гербами Южноуральска. Беженцев становилось больше и больше. Один раз мы наткнулись на брошенную стоянку с разбросанными вокруг тюками. На земле виднелись тёмные, уже впитавшиеся в почву пятна. Вокруг не лежало ни тел, ни оружия. Было непонятно, мародёры это или передовой дозор солнечников, но кто-то постарался здесь на совесть.