Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 46 – Максим Мамаев, Макс Гато

— Савва, живо назад! — скомандовал Данила.

Рубежники сомкнули строй, всадники прикрыли фланги. Но столкновение было мгновенным и яростным. Враги налетели, отбросили древки резкими, почти звериными движениями. Клинки скользнули по металлу, разрезая не только воздух, но и плоть. И каждый удар сопровождался вспышкой искр, будто сталь встречалась не с железом, а с самой магией. Из жезлов летели заклинания света, всадники валились на землю один за другим. Данила ловко маневрировал меж своих и чужих, бил копьём и сразил двух нападавших.

— Держать строй! — заорал он и спешился, бросаясь вперёд.

Савва сжал поводья, сердце бешено стучало в груди. Он видел, как рубежники валятся один за другим. Лес полыхал отблесками заклинаний. Кто-то из рубежников успел использовать свиток, и врага заволокло дымом, но сверху тут же обрушился золотистый луч, сжигая рубежника дотла.

Савва не был дураком, он видел, что это были не разбойники, а обученные бойцы. Он узнал магию, магию солнечников.

Данила сражался яростно. Знал, что это был последний раз. Он всадил железо в живот фигуры в чёрном так, что кровь хлынула фонтаном, сразу же принял второй удар на клинок и ловко разрубил атакующему руку. Рубежники под его началом сражались отчаянно, но враги шли и шли. Двигались молча, без ярости, без лишнего шума, как отлаженный механизм. Строй рубежников трещал по швам.

Данила выгадал момент, небольшую паузу между нескончаемыми ударами, и бросил быстрый взгляд назад на купца. Увидел крепко сжатые поводья и страх в глазах приятеля.

— Беги, — прошептал он одними губами.

Он знал, что рубежники не выстоят, потому собирался просто забрать с собой столько врагов, сколько сможет.

Савва Иванович не был воином, его оружием были договоры, монеты и слова. Но смерть он чувствовал всем нутром, потому спорить не стал, только рванул поводья и пустил коня в сторону.

— Да помогут вам предки, — прошептал он.

Из-за повозок показались новые фигуры, маги в таких же чёрных плащах. Воздух завибрировал, груз охватило пламя. Бочонки с реагентами принялись взрываться один за другим, и взрывы отдавались в ушах гулким колоколом. Огненный смерч поднялся над дорогой, затянув небо копотью.

Но Савва Иванович уже скакал, петляя между деревьями. Позади кричали и стонали, звенели мечи и рушились повозки. Запах пожара гнал его вперёд. Он не знал, как долго он мчался, в груди жгло, руки дрожали, ноги сводило судорогой. Конь бешено нёс его вперёд, несмотря на пену изо рта. Он тоже чувствовал позади дыхание смерти.

И вдруг Савва осознал, что вновь оказался в той же тишине. Тишине, которая совсем недавно казалась ему такой подозрительной, а сейчас успокаивала. Он натянул поводья и оглянулся. Лес снова замер, словно ничего не случилось. Только над верхушками сосен тянулся столб чёрного дыма.

— Предки могучие… — выдохнул Савва.

Караван был уничтожен, груз сожжён. Это был не грабёж, это была демонстрация. Послание.

Холодный пот катился по лбу и спине, пальцы всё ещё дрожали, сердце бешено колотилось. Но Савва развернулся и пришпорил коня, верного спутника, которого выиграл на ярмарке на севере. Сейчас же он гнал его, не жалея сил.

Савва добрался до ближайшей заставы лишь к ночи, весь в копоти и грязи. Он повалился с коня, и первое, что он сказал, с трудом выдавливая слова из пересохшего горла было: