Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 114 – Максим Мамаев, Макс Гато

Я позволил себе улыбку. Маленькую, усталую, но настоящую.

А потом ноги всё-таки подкосились.

Меня подхватили чьи-то руки. Это были Аскольд и Рома, примчавшиеся со стен. Они волокли меня в город, и Аскольд, вопреки всем правилам приличия, ругался как портовый грузчик.

— Ты что, совсем сдурел⁈ Один против двух Архимагов⁈ Мы же договаривались!

— Мы договаривались, что я с ними разберусь, — прохрипел я. — Я и разобрался.

— Чуть не сдох! — рявкнул Аскольд.

— Но не сдох, — парировал я словами, которые когда-то сказал Роме.

Рома только молча тащил меня за левую руку, и на его лице была странная смесь ужаса и восхищения.

Весна встретила нас у ворот поместья. Одного взгляда на меня ей хватило, чтобы побледнеть и тут же собраться.

— В лабораторию, живо! — скомандовала она, и её голос не терпел возражений.

Следующие несколько часов ведьма вливала в меня зелья, чистила каналы и латала повреждения, которые нанёс мне бой с двумя Архимагами. Арлетта сидела рядом, держа меня за руку, и её ледяная магия помогала снять воспаление и отёки.

Я лежал на столе лаборатории, глядя в потолок, и думал о том, что южный фронт закрыт. Чернореченск выстоял. Два вражеских Архимага в плену, армия бежит.

Но война не закончена. На севере Шаховский сражался в одиночку. А под Беловежском — Борис Соснов с главной армией солнечников. Григорий Арсеньевич один, и ему нужна помощь.

— Мне нужен портал, — сказал я.

— Ты с ума сошёл, — отрезала Весна. — Тебе нужен отдых.

— Портал, — повторил я. — Ночью я должен быть под Беловежском.

Весна и Арлетта переглянулись. Я видел, как они борются с желанием привязать меня к столу и не отпускать. Но обе знали меня достаточно хорошо, чтобы понимать: спорить бесполезно.

— Час, — жёстко сказала Весна. — Час на восстановление. Потом — портал.

— Два часа, — сказала Арлетта, и её тон был ещё жёстче.

Я вздохнул.

— Полтора, — предложил я компромисс.

Обе посмотрели на меня так, что я решил не торговаться.

— Два, — согласился я.

Арлетта кивнула и прижалась губами к моему лбу. Весна молча вернулась к зельям. Я закрыл глаза и позволил себе две минуты — всего две минуты — не думать ни о чём, кроме тепла двух женщин рядом и биения сердца в груди.

А потом начал готовиться к следующей битве.

Василий Шаховский не любил ждать. За свои несколько столетий жизни он научился многому — терпению, хитрости, умению читать людей и ситуации. Но ожидание перед боем всегда было для него пыткой. Его стихия — яд и молнии — требовала действия, движения, удара. Не сидения в засаде.

Он стоял на вершине скалистого утёса, прикрытый иллюзией, и смотрел вниз, на северный тракт. Ветер свистел в ушах и трепал его чёрные кудри, но он не обращал на это внимания. Его глаза были прикованы к длинной колонне войск, которая медленно ползла по извилистой горной дороге.

Северная армия солнечников. Меньше южной, но опаснее. Здесь шли не наёмники и ополченцы, а кадровые бойцы — закалённые воины из Кашкаринского и Берёзовского княжеств, усиленные отрядами инквизиторов. Во главе колонны ехали два Архимага — Павел Суздальский и Мирон Берёзовский. Оба — опытные, безжалостные и хорошо знающие эту местность.

Шаховский прикинул численность. Около двух тысяч бойцов, семь Магистров, два Архимага. И все они направлялись к Беловежску, чтобы ударить с севера, пока Борис Соснов давит с запада.