Книга Обнулённый 1, страница 98 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Давайте заберём трофеи с туши, — ответил я и потянулся за кинжалом.

Айрис отступила назад, а рядом тут же нарисовался Бертран.

— Ну вот, другое дело, — весело проговорил он, вытягивая из-за пояса топорик.

Мы провозились недолго и вернулись на маршрут. Через несколько часов миновали последнюю отметку на карте Остапа и вошли на незнакомую территорию. Чем дальше мы забирались, тем старше становились деревья, и кроны потихоньку вновь смыкались над головой. Бертран позволил себе отдельные фразы после сбора трофеев, который явно поднял ему дух. Сейчас же он замолчал и внимательно всматривался в округу.

Мы прошли широкий овраг и сменились, ведь в лесу взгляд быстро замыливался. Теперь Бертран шёл впереди, Айрис за ним, а я замыкал строй. Волшебница без лишних указаний присоединилась к нам, когда лес стал заметно плотнее.

— Пст, — подал тихий сигнал Бертран.

Он указал рукой в сторону деревьев, расходившихся у неглубокого ручья. Там был олень. Он лежал на боку в грязи у воды, и его туша подрагивала от конвульсий. Мы осторожно приблизились, но олень даже не дёрнулся.

— Тут то же самое, — сквозь зубы произнёс Бертран и показал мечом на морду зверя.

Оба глаза оленя были затянуты белой плёнкой. Язвы покрывали большую часть тела. Сам зверь фыркал и пытался повернуться к воде, но сил ему не хватало.

Бертран проявил милосердие и добил его одним ударом.

— Периметр на тебе, — скомандовал я Айрис.

Девушка молча отступила, а мы с Бертраном повнимательнее пригляделись к туше зверя. Его жёсткий мех был покрыт язвами, узор которых напоминал те, что мы видели на кабане. Да и цвет такой же, зеленовато-чёрный.

Голова оленя была вывернута под неестественным углом. Я слегка надавил на нее мечом, чтобы вернуть в естественное положение. Касаться зараженной твари руками желания не было.

— Ну-ка, гляди, — Бертран указал пальцем на часть шкуры зверя под горлом.

Здесь была небольшая метка. Она была выжжена на коже, а не на меху. Значит, тот, кто её ставил, срезал мех и нанёс метку до того, как животное выпустили в лес. И делал он это явно не в лесной чаще, где крики оленя привлекли бы внимание хищников.

— Ожог частично затянулся, — констатировал я. — Этой ране седмица, если не больше.

Бертран кивнул. Но, несмотря на прошедшее с нанесение время, мы оба точно могли разобрать символ: треугольник, внутри которого находился овал с расходящимися в стороны линиями, которые наводили мысль то на рисунок глаза, то ли на лучи солнца. Сейчас уже было сложно разобрать рубцовую ткань. Да и сама метка была грубовата.

— Есть мысли, что это значит? — спросил у меня Бертран.

— Никаких, — честно признался я и позвал волшебницу. — Айрис!

Айрис подошла ближе и вгляделась в метку. Она недолго размышляла, склонив голову набок, но затем лишь молча покачала головой.

— Ладно, — пожал плечами я и достал кинжал. Не пропадать же добру.

Разделка оленя заняла у нас больше времени, чем мне бы того хотелось. И всё же нам нужны были и доказательства для Остапа, и части монстров, не затронутые скверной, чтобы выручить за них пару монет.

Когда мы закончили, я оставил отметку об этой позиции на карте и двинулся дальше. В этот раз я вновь возглавил боевое построение, а Бертран замыкал строй, нагруженный нашими трофеями.