Книга Обнулённый 3, страница 111 – Макс Гато, Виктор Рэн

В этот момент видение оборвалось.

Я открыл глаза. Кора дерева впивалась в шею, продолжавшую нещадно саднить от недавних ран. Рядом сидела Айрис и смотрела на меня внимательными фиалковыми глазами.

— Ты в порядке? — спросила она и коснулась моей руки.

— В порядке, — ответил я и сжал ее руку на пару секунд, — Насколько вообще может быть в порядке наш отряд после всего случившегося.

Айрис выдохнула и на ее губах появилась грустная улыбка.

— Я спрашивала не про отряд. — сказала она.

Тут же рядом раздался шум и из-за кустов вынырнули Векс и Шу. Айрис отпустила мою руку и отступила на несколько шагов назад, к кромке рощи. Я достал из кармана бумажку, которую парень отдал мне перед смертью.

Внутри были криво выведенные строки, что я только что видел глазами покойника. Верхняя часть содержала приказ для сержанта Торма. Нижняя — совсем другое послание, до которого паренек так и не добрался. Как не добравлся он и до Гримстоуна. Послание для сестры узника гласило следующее:

'Лилиан, нас казнят в день приёма. Децим предатель.

Забери Торма из Башни, уходи в Косинец. Не приезжай.

Прости. К.'

Часть букв была подстёрта, другие расплылись из-за крови паренька, покрывавшей бумагу. Да и писал человек, у которого не осталось сил держать перо ровно. Человек по имени «К.», походе, сейчас сидел в башне-тюрьме Талвега и знал, что его казнят. И единственное, что он мог сделать — сбросить записку из окна и надеяться, что она дойдёт до его сестры.

Что интереснее, ниже послания для сестры осталось две строки случайных букв общем языке и неразличимых каракулей, совершенно нечитаемые. Не от плохого почерка — это был шифр. Буквы стояли в бессмысленном порядке без пробелов и дополнялись странными символами. Кто бы ни был этот «К.», он был достаточно осторожен, чтобы зашифровать всё самое важное.

К книге и свиткам, содержащимся в ларце, который тащил Лазарь, добавилась еще одна головоломка. Я пробежался глазами по шифру, запоминая все буквы, знаки и их положение, чтобы в случае чего иметь возможность воспроизвести их по памяти.

Затем сложил записку и спрятал в сапог. К этому моменту отряд уже был в сборе все в той же рощице рядом

Берт сидел на земле и проверял содержимое сумки паренька, а Шу разглядывала Гримстоун на холме с интересом первооткрывателя.

— У нас появилась информация, — произнёс я, привлекая внимание команды. — Видение показало мне часть истории погибшего гонца. Вот всё, что я знаю.

Я рассказал увиденные мной события: про Талвег, башню-тюрьму и сброшенную из окна записку. Про то, что Децим предатель, а паренек мчался к сержанту Торму, чтобы собрать его и его людей и рвануть в Косинец.

— Что самое важное, этот торм — не в Гримстоуне, — добавил я. — Помните группу солдат, обсуждавших госпожу и предателя-Децима в Башне-над-Бродом?

Я получил молчаливые кивки от отряда и продолжил.

— Похоже, людей сержанта специально отвели на границу подальше от госпожи, — высказал предположение я.

— А Лилиана — госпожа, которая ждёт в Косинце, и ее брат по имени «К» заточен в Талвеге? — переспросила Шу. — Выходит, устроенный Беатрис прием будет проходить отнюдь не просто так.

В этот раз был уже мой черед кивнуть головой в согласии с ее мыслями.

— Но Иеремия явно пригласила нас в Талвег не просто так. Если она планирует казнить там этого «К», то вопрос, в каком качестве ей понадобились на приеме мы. — проговорил я.