Книга Наследник рода Шевалье, страница 86 – Макс Гато

Ну, раз Алексеич меня с самого начала хотел в финал пихнуть, то можно и попиз… подраться. А я всегда одобрял непотизм. Главное выбрать правильного кандидата — меня. Но как же не хочется махать кулаками на голодный желудок.

— Хан Железнобокий, — сделала легкое движение кистью София, — несокрушимый защитник…

Я уверенно кивнул. Защитник? Можно так сказать. Несокрушимость моя, конечно, пока не доказана.

— … известный своей почти непробиваемой обороной, — продолжила перечислять мои аколиты дама, — именуемый народом Броненосец,…

Это сейчас про Хана было? Славный был мужик, правда, как истинный броненосец почему-то одним укусом отправился к праотцам, история умалчивает. Но не будем о грустном. Сегодня Хана заменяет Шевалье.

Я невозмутимо продолжил кивать, словно признавая собственные заслуги.

— … аномальный чародей способный подчинять и менять нутро магии, он сдерживал превосходящие силы противника… — никак не унималась девчушка, — как в … войне, так и…

Мои уши от такого количества сметаны просто забились и отказали. С другой стороны, Лазарь с каждым отчеканенным словом все больше багровел и сверлил меня ненавистным взглядом.

— … и его оппонент, — наконец-то остановилась Онежская, — Теос Безымянный.

Отлично. В ушах сметана. В оппонентах йогурт. Грек, наверное.

В зале повисла недобрая тишина. Чем я и решил воспользоваться.

— Госпожа, — изящно поклонился я, — я с поезда ничего не ел.

— Хан… — задумчиво протянула девушка.

— Лучше просить прощения, — по-философски подметил я, — чем разрешение.

— Хан, — глаза девушки слегка округлились, — вы ведь только что спросили разрешение.

Я выбрал единственно правильный вариант — хранить молчание. И смотреть на потолок. Иначе сегодня я никогда не пожру.

— Как ты смеешь?! — наконец достиг точки кипения магический чайник, — Ты хоть знаешь…

— Одобрено, — одним словом обрубила все претензии девушка, — я накрою вам стол. Но только если одержите победу.

Рыцарь начал потихоньку разминать плечи.

— Тогда я тоже буду драться! — взбеленился седовласый маг. — За вас! До смерти.

Умирать я сегодня планировал только от голода, и никак иначе.

— Сомнительно, — вяло подметила девушка, — но окей. Начинаем.

Затем волшебница хлопнула в ладоши, отчего весь мир вокруг наполнился снегом.

Маленькие кусочки попали в нос и горло, не давая дышать. Глаза закрылись сами собой. Но холодно не было. Бонусы хладнокровных. Или теплокровных? Многокровных? В общем, мои.

Когда буря рассеялась, то я снова переосмыслил слова Игната. Это, действительно, была магия.

Мы стояли на опушке посреди настоящего векового леса. Словно мы попали в старину. Или вовсе в безвременье. Высокие древние искривленные деревья наблюдали за нами, как немые часовые. Сколько историй они могли поведать? Сколько секретов открыть?

Мягкий белоснежный покров укутывал почву. Снег цеплялся за грубую кору деревьев и костлявые останки кустарников и подлеска.

Я мог бы сказать, что здесь царила жизнь. Но это не так.

Весь пейзаж был владением черно-белой монотонности. Некогда величественные вечнозеленые деревья скрипели и молча плакали, едва цепляясь за жизнь. Или уже потеряли ее.

Воздух был затхлым, дурным, оставляющим желание смыть с себя неприятный осадок.

Теперь лесная тишина казалась не мудростью, но обреченностью.