Книга Чёрный ратник 3, страница 82 – Макс Гато

— Сколько у неё осталось? — спросил я и невольно зевнул.

— Хватит ещё на несколько недель, — Олаф посмотрел в окно, за которым небо медленно светлело и уже выглядывало солнце, — если тратить осторожно.

— Значит, Пантелеймону нужно будет знать новое место, — протянул я задумчиво. — Ему можно довериться?

Олаф одарил меня тем взглядом, который он приберегал для вопросов, считавшихся ниже его достоинства.

— Он прятал её месяцами. И даже сейчас, под самым носом имперского аудитора. Так что да.

Справедливо. Мне-то Пантелеймон понравился. Очень сильный маг, надёжный лекарь, вот только у каждого была своя слабая точка, и на него тоже могли надавить.

— Значит, возьмёмся сегодня ночью, — подвёл итог я. — Я возьму на себя маршрут, если будут правки, то пришлю с кем-нибудь. Ты — переброску.

Олаф кивнул, и седые пряди упали ему на лицо, изрезанное морщинами и шрамами. Он, похоже, тоже последнюю неделю работал без передышек и выглядел очень уставшим. Явно без отдыха оберегал свою подопечную.

Я поднялся на ноги.

— Что будешь делать с журналом? — спросил меня Олаф, когда я потянулся, чтобы забрать его.

Я взял журнал и взвесил его в руках, кожаный переплёт удобно лёг в руку.

— А вот это, — бросил я на прощание, разворачиваясь к двери, — уже моё дело.

Я вышел наружу, закрыв за собой дверь, и направился вниз по ступенькам.

Содержимое журнала Олафу знать было ни к чему. Даже не потому, что там было имя Артёма, эту страницу я вырвал и так, чтобы не осталось следа. Просто у меня были свои планы.

Во всей этой возне, будь то испытания, Орден, вылазки, убийства бандитов или сотрудничество с одноруким серым ратником, я не забывал свою главную цель: возрождение рода Темниковых и месть.

Должники из тех, кто повлиятельнее, узнав о смерти Кощея, обязательно постараются замести следы и уничтожить улики, и журнал был важнейшей из них. Его можно было бы сдать Ордену, чтобы очистить Ярмут, вот только зачем?

Голова змеи отрублена, а на страницах не так уж и много интересных имён, а фамилий и того меньше. К тому же большинство должников заляжет на дно, особенно во время осады. Не знаю, где я окажусь после, но уверен в одном: должники Кощея обязательно ещё окажут мне пару услуг. Рано или поздно.

Я шагал по утреннему Ярмуту, поглядывая вокруг. На улочках ютились беженцы, но количество людей, прибывающих в самое надёжное укрытие, в последние дни начало уменьшаться.

Значит, почти всех уже приняли.

Я покачал головой. Если осада начнётся сейчас, то голодных ртов станет много, очень много. Я бы направил всех, кто может держать оружие, в ополчение. Полагаю, цесаревич не глупее меня.

Я зашёл в «Усталого кота», и до меня донёсся смех. Ярослава стояла над Иваном, который копошился со шкатулкой. Рядом с ним лежали инструменты, притом часть для грубой работы, но ничего не помогало. Шкатулка не поддавалась. Иван был весь мокрый и красный, а Ярослава с каждой его попыткой только заливистее смеялась.

— Тим, Тим! — задыхаясь от смеха и вытирая слёзы с глаз, позвала меня Ярослава. — Посмотри!

— Не сейчас, — отмахнулся я и поднялся по лестнице наверх.

Я не успел дойти до двери, задержался у небольшого мутного стекла. Я взглянул в своё отражение: чёрные волосы, почти чёрные глаза, синяки под глазами и уставшее лицо человека, который не спал многие ночи. Сегодняшнее столкновение с вольным ратником мне сил явно не добавило. Пририсовать мне шрамы и морщины, и от Олафа я буду отличаться не сильно. Но делать нечего, мне ещё нужно было разобраться с Артёмом.