Книга Чёрный ратник 5, страница 75 – Макс Гато

— Когда проснётся, — проинструктировал Агату я, — скажи, что мне надо с ним поговорить.

— Хорошо, — сказала Агата. И неожиданно добавила, — Ты ешь нормально?

— Да, — отмахнулся я.

— Я серьёзно, — слегка нахмурилась девушка. — Постарайся, пожалуйста, дать телу отдых на несколько дней. Сработает даже лучших зелий.

— Кто бы говорил, — усмехнулся я.

Агата только слабо улыбнулась в ответ.

Я же по одному заглянул к своим, но задерживаться надолго не стал. Только проверил кто как, поторопил Соловьёва и захватил карту у одного из имперских офицеров.

Зарецкий действительно спал — прямо на свежем воздухе, на расстеленном плаще прямо в траве. Я не стал его будить. Нашёл несколько сколоченных ящиков рядом с обозной телегой, сел и достал карту. Сверил её с листом от Зарецкого и перенёс туда заметки.

По ходу дела прикинул доступный нам инвентарь и нужный маршрут. Работать в землях оступивших мятежников будет все ещё сложно.

Снаряжения не особо хватало, людей тоже. Иван явно выбывал и мог идти только как запасной. Ярослава шла с ограничениями. Сам я тоже был не в лучшем состоянии. Четыре дня — это четыре дня, но два сломанных ребра за четыре дня не срастутся.

Вот только я все равно обвёл красный маршрут снабжения, найденный Зарецким, и поднялся на ноги. Долгого перерыва в войне никто и не обещал.

Первым делом я нашёл Ивана. Он сидел в одной из обозных телег, откинувшись спиной на мешки с зерном. Левая рука была в тугой перевязи, прижата к груди. Иван смотрел куда-то на горизонт и только когда я подошёл и остановился у телеги, он повернулся ко мне.

— Как плечо? — спросил я, осматривая раненого бойца.

— Да пойдёт.

Иван попытался отмахнуться левой рукой, но из-за движения только поморщился. Значит, плечо болело. Белобрысый обычно никогда не жаловался, но, судя по внешнему виду, в ближайшей задаче участвовать он не мог.

Я опёрся на борт телеги. Топор Ивана стоял, прислонившись к колесу, он мог дотянуться до него правой рукой в любой момент.

— Пантелеймон говорит, что ты выбыл на месяц, — спокойно произнёс я.

Иван только тяжело вздохнул.

— Знаю, — он шмыгнул носом. — Ничего не поделать, месяц так месяц.

— У нас задача на днях, — сказал я, отслеживая реакцию тут же оживившегося Ивана. — Разведка, возможно, зачистка.

— Предлагаешь идти? — немного неуверенно спросил Ваня.

Он покосился на топор.

— Как хочешь, — честно признался я. Заставлять его идти силой я не хотел, но надёжных людей в предгорьях мне нужно было много. — Олаф сражается одноруким.

Иван ещё раз покосился на топор, явно прикидывая, сможет ли он орудовать им так же умело одной рукой.

— Я спрошу у Агаты или Зарецкого про зелья, — предложил Ивану я. — Если сможешь держаться верхом, то позади не останешься.

Иван тут же резко вскочил на ноги и принялся благодарить меня. Я только качнул головой.

— Обузу я с собой не возьму, — совершенно серьёзно произнёс я.

На что Иван только расплылся в широкой улыбке.

— Значит, — заявил он, — я еду.

Я хлопнул его по плечу, по здоровому, конечно, развернулся и пошёл искать Зарецкого. Он уже проснулся и сидел с Агатой в палатке. Они обсуждали что-то вполголоса, с бумагами на коленях. Когда я подошёл, оба подняли головы.

— Что там в документах? — сразу перешёл к делу я.