Книга Обнуление, страница 100 – Александр Изотов

И прецептора тоже практически обнулили… Вполне может быть, его, то есть меня, хотели убить.

Но в этот момент просто вмешался его величество случай! Иштар, у которой была моя кровь… точнее, кровь Перита, ведь когда я гостил у этой демоницы, я ещё не был в теле прецептора.

Душа одна, а кровь разная… И эта мелочь явно оказалась очень важной деталью.

Так вот, Иштар пытается связаться со мной, почему-то используя магию Абсолюта. Скорее всего, она хотела, чтобы я сразу примчался к ней, как Частица Абсолюта, которая наказывает за использование запретной магии…

И, получается, это Иштар выдернула мою душу из тела Аластора в самый неподходящий момент. А быть может, наоборот, в самый подходящий — меня же собирались убить.

Те, кто пытался это сделать, тоже использовали магию Абсолюта, а ещё зелье, в котором оказался смешан прах Просвещённого и яд каракоза. В это время Иштар, получается, просто вмешалась в обряд.

Да, в моей жизни такое происходило впервые… Ну а кто ещё мог знать, что бывает, когда два адепта, находясь в разных местах, магическим образом воздействуют на один и тот же объект?

Никто не мог знать, но мне было смешно. Поэтому я и хохотал, под удивлённые возгласы Иштар, которая никак не могла понять, что меня рассмешило. И лишь пыталась повторить мне, что нужно найти Белиара.

— Да я уже нашёл… — отсмеявшись, буркнул я, — Ты только, демоница, помни. Ты закрутила жернова такой истории, что она точно аукнется не только Тенебре, но и всему Нулевому Миру.

— В Тенебре и так всё слишком изменилось, — проворчала Иштар, — Я не много теряю… Стой! Поднёбная душонка, ты и вправду нашёл Белиара?

Я хотел ей ответить, но в этот момент всё пространство подёрнулось, будто бы размываясь. И, кроме души, я вдруг стал чуять своё тело… Побитое и измученное, отдающее болью в каждой клеточке, но вполне себе живое.

— Марк! — донёсся гаснущий голос Иштар, но, кажется, она не слишком хорошо владела магией, раз моё пробуждение оборвало связь.

— Что, нулёк, очнулся? — донёсся насмешливый голос.

Кто это говорил, я не видел, хоть и попытался открыть глаза. Не сразу до меня дошло, что моё лицо просто заплыло настолько, что от глаз даже щёлок не осталось.

— Ну что, мастер Кунц, держи свои пять денов, — недовольно пробормотал ещё один голос.

— У-у-у, зверьё твоё пустое, говорил же я, что чую сильную волю?

Если бы мне не было так хреново, я бы насторожился. Но всё, что я пока мог, это плавать в омуте боли и мучений, пытаясь осознать хотя бы частично, что с моим телом. Лежу я или сижу, связан или нет… Тело моё представляло собой единый побитый мякиш, и в какой оно находится позе, сообщать отказывалось. Только и стучало кровью в виски: «боль, боль, боль»…

— Да, Кунц, этот и вправду покрепче оказался. А тот что, так и сдохнет? Или добить?

— Пусть валяется. Убить всегда успеешь, нам Хайю найти надо!

Мои разбитые губы растянулись в улыбке и предательски полопались. Ну что ж, у меня для вас плохие новости, зверятки — гиену вашу я скормил червякам.

Тело вдруг соизволило почувствовать что-то ещё, кроме боли, и я понял, что лежу лицом вниз. Кажется, уткнулся в песок.

Ха, меня даже не связали! Я просто валяюсь, а эти бараны рядом ведут беззаботные беседы… Ну что ж, это была ваша ошибка, сволочи!