Онлайн книга «Обнуление»
|
Глава 1 Ошибка Несколько лет спустя… Каракоз! Это был грёбанный каракоз. А я?.. Тоже хорош! Не распознал самый лютый во всём Инфериоре яд… Дерьмо нулячье я, а не прецептор. Ноль сраный, а не человек! Высшая мера Инфериора! Седьмой пе-е-е-ерст! Как там? По мере бери, и по мере дано будет? Ну, я и взял… Я двинул руками, пытаясь понять, есть ли они у меня, эти самые руки. Может, я умер? Но тогда почему мыслю? Причём мыслю, надо сказать, активно. Человек — единственная мера Инфериора, способная выдержать прикосновение к дьявольской меди — к коррупту. Человек может сохранить разум при контакте с ауритом — ангельским металлом. И каракозом меня уже пытались травить… Культисты из восточных приоратов — хитрые твари. Но всё же до этого мне удавалось избегать смерти, и мне всегда казалось, что я на шаг впереди. До этого дня… Возгордился? Потерял бдительность? Размяк?.. Всё может быть, но глупо жевать эту горькую мысленную жвачку, когда твоё сознание витает в непонятном месте. Что это? Где я? Чистилище? Абсолют, отзовись! Являюсь ли я ещё твоей частицей? Ведь говорят, когда частица Абсолюта перестаёт двигаться, она теряет свою силу. Я растерял её? Ну а воля? Сильная ли я воля? Нет, так не пойдёт. Раз могу размышлять, попробуем эту мысль двинуть дальше, направить в верное русло… Телом не могу двинуть, но я чувствую его. Нет, это не Чистилище, просто я не могу двинуться. Что значит, не могу⁈ Иначе какой я человек? Так, зверьё пустое. Первуха сраная. Дерьмо нулячье! Стержень духа? Нет, не вижу… Уф-ф! И сколько же я выпил этого каракоза, если это был он? Помнится, я, ещё будучи нулём, ангела прибил — и там не так уж и много его понадобилось. А прецептору, повелителю двенадцати приоратов, много ли надо? И всё же… Сильная воля я или тряпка безвольная? Человек или грязь поднёбная⁈ Ну-у-у!!! Если не руки, то хотя бы глаза. Я уже чувствую пересушенные веки, под которые будто песка насыпали. Как больно… Отвык я уже чувствовать такую боль, но всё же… Я открыл глаза. Открыл. Глаза! Значит, я жив. Мои губы тронула улыбка, правда они от этого сразу потрескались… Темно, хоть глаз выколи. Привычным усилием я распространил вокруг свою человеческую волю, чтобы увидеть… Нет воли! Нет человеческой меры! Вообще ничего нет! — Ох-х… Кха-кха! — я выплюнул пыль. Моё пересохшее горло едва издавало звуки. Непроизвольно я коснулся шеи… и обнаружил ошейник. Ошейник⁈ Шершавый от ржавчины, твёрдый и нагретый моим телом. Феррит, кажется… Обычное железо. Я снова закашлялся и никак не мог остановиться. — Заткнись, Дохлый! — Что, он ещё не сдох? — Да нет, как видишь. — Дохлый, когда уже сдохнешь наконец? Дай поспать! Голоса ворвались в моё сознание, при этом я ничего не видел, но понимал, что они рядом. Вокруг. Их много. Замолчав и вглядываясь в темноту, я долго прислушивался. Шелест, кряхтение, сопение, кашель… Тут начиналась ругань, потому что кашель часто доносился с одного угла, и туда даже один раз что-то полетело. Кто-то вскрикнул. — И Харчка заткните, заплевал уже всё тут! Правда, долго прислушиваться я не смог, потому что мои лёгкие тоже вдруг скрутил кашель. Причём такой, что на мгновение у меня перед глазами всё сверкнуло, и я на миг узрел просторное помещение с грубо-отёсанными стенами. Это скорее даже пещера. |