Книга Озверение, страница 105 – Александр Изотов

— Может, спросить кого? — предложил Демон и сам засопел от своей шутки. Правда, поперхнулся, когда я уставился на него влюблёнными глазами, — Эээ… я гений, да?

Я размашисто кивнул, улыбаясь. Привык Даром Соколов отбиваться от всяких падших ангелов, забыв, для чего изначально служит этот дар! В то время, как вокруг ползает и летает столько свидетелей.

Уж человечья-то мера, которая легко может ослепить тщедушных насекомых и животных, не может пройти незамеченной. И, зацепившись за разумы всяких мелких хомячков и ящериц, которые до сих пор дрожали от страха в своих норах, я уверенно показал совсем в другую сторону:

— Туда нам надо.

Сойдя с тропы, мы двинулись вверх по каменистому склону, поросшему редкими деревьями, кустарниками и прочей колючей растительностью. Пока что вокруг были животные самое большее третьей ступени, которые с опаской принюхивались к двум одиноким путникам. Ещё больше округа кишела безмерной мелкой живностью, чьи мозги я просвечивал с особым трепетом, чтобы ненароком не сжечь первобытные разумы.

— Он словно просеку прорубил, — сказал я, скоро сообразив, что на пути Приора мелкой живности намного меньше, чем если шагнуть на несколько метров в сторону.

— Сами по себе они бы не стали глазеть на его меру… — задумчиво сказал Белиар.

Я кивнул.

— Может, Бертольд так увлёкся чисткой следов, что погубил животных? — предположил Демон.

Я вдруг остановился.

— А может, это Хильда? — растерянно сказал я.

— Думаешь, человек бы не заметил, что она такое творит?

В ответ я лишь пожал плечами. Жить захочешь, как говорится, и не так раскорячишься.

Тут Белиар спросил:

— Разве она может знать, что ты идёшь за ней?

Ответом ему был мой красноречивый взгляд, отчего Белиар только закатил глаза и шлёпнул себя по лбу.

— Ох, поглоти меня Бездна! Опять ты со своей любовью… — он оттянул пальцами губы, как уточка, и противно залепетал, — Ах, мой Маркушка идёт, и меня спасёт! Я вся прям такая чувствую, я вся горю!

Первушник чудом успел отскочить прежде, чем мой кулак воткнулся ему в плечо. Впрочем, его догнал воздушный толчок, сорвавшийся с моей руки, и Демон всё равно шваркнулся на землю. Перекатившись, тут же вскочил и расхохотался:

— Какие мы обидчивые!

— Знаешь, одна демоница мне нашептала, что тоже прям чувствует кое-кого: «Беляшенька мой жив! Ах, злые ангелы обнулили его! А может, это я с магией переборщила? Но всё равно спаси его, мой герой, частица Абсолюта!»

Улыбка сразу же слетела с физиономии Белиара, и несколько секунд мы стояли, пожирая друг друга глазами. Правда, потом не выдержали и оба расхохотались.

— Женщины, — проворчал Демон, отмахиваясь, — Что в Тенебре, что в Инфериоре…

Я лишь усмехнулся в ответ. Мы продолжили путь, отмеряя шагами горные склоны и перевалы. Ночная дымка уже совсем просветлела, и каменные возвышенности вокруг, поросшие редкими рощицами, окрасились в рассветный розовый. Где-то лучи солнца, которое мы в низине увидим лишь через пару часов, даже поймали испаряющийся туман, поднимающийся к вершинам.

Мы шли, прислушиваясь к движению сильных мер вокруг. Я усердно тренировал способность получать информацию из воздуха посредством дыхания, чтобы не тратить на это своё внимание, и, надо сказать, у меня получалось всё лучше и лучше. Чем-то это напоминало вспышки прозрения — при каждом вдохе картина мира вокруг вдруг расцветала на несколько сот метров во все стороны. При выдохе угасала, скукоживаясь до моих обычных чувств, а потом вдруг снова расширялась.