Книга Видок 1-5, страница 584 – Григорий Шаргородский

— Извините, ваше высочество, — встав со стула, церемонно поклонился я, — но не выйдет. Завтра у нас собрание руководства киноконцерна, и вам необходимо там присутствовать.

— Ладно, иди, но я все равно им недовольна, — отмахнувшись, проворчала княжна. — Такой вечер испортил.

Ага, это она еще не знает подоплеки появления в ее доме сего гостя. К тому же моя предстоящая отлучка из дворца и ее причина вряд ли добавят Даше хорошего настроения.

— Что там у вас случилось? — спросил я Василия, когда мы быстро шли по коридору.

— Он словно повредился рассудком. Ударил служанку.

— Даже так? — удивился я и решил сменить траекторию движения, дабы заглянуть в свою комнату.

Запланированный мной сценарий воспитательной работы придется ускорить.

У дверей выделенной Даве комнаты мы увидели трех человек. Охранник контролировал дверь, в которую кто-то ломился изнутри, а мажордом делал внушение служанке. Девушка вряд ли что-то слышала, потому что горестно всхлипывала, закрыв лицо ладошками.

Я решительно отвел ее руки, дабы оценить ущерб. Щека была красной, и все же синяк из этого вряд ли получится. Дава бил не сильно, но этот факт никак не оправдывал его свинского поступка.

— Как это случилось? — спросил я у служанки, но ответил мажордом:

— Ваш гость почувствовал себя хуже и начал требовать кокаина или хотя бы водки. А эта дура решила влезть с предложением особого чая по рецепту бабушки. За что и получила. Нечего поучать господ жизни.

— Ладно, идите, после поговорим, — отпустил я слуг и повернулся к охраннику: — Открывай.

Хорошо вышколенный боец отпер дверь только после кивка Василия. Едва поняв, что преграды перед ним больше нет, Дава с ревом кинулся вперед, явно решив попросту затоптать меня. Но уроки Евсея не прошли даром. Приемом, возможно даже пришедшим к казакам с востока, я изменил траекторию движение увесистой туши, проведя его на болевом и забросив обратно в комнату. В итоге Дава врезался в софу и ею же накрылся.

Да уж, это не то, чего я добивался. Что-то мой друг чересчур активен. В состоянии ломки сильно не побегаешь, уж это мне известно. Хотя парень он здоровый и не так уж давно сидит на кокаине.

Зло сверля меня взглядом, Дава выбрался из-под софы. Предупреждая его неадекватные действия, я сунул под нос страдальцу бутылочку с зеленоватым содержимым:

— На, пей. Станет легче.

И все же дружбу не пропьешь и не пронюхаешь. Давид взял флакон из моих рук и без малейших сомнений махом опустошил его.

— Я зайду через пару минут, а тебе советую попытаться наконец-то задействовать содержимое своей черепной коробки. Что бы там у тебя ни находилось.

С этими словами я покинул комнату, которую тут же запер охранник.

Мой оружейный баул спокойно дожидался своего часа в шкафу гостевой комнаты и все же дождался. Экипировался я по самому жесткому варианту, даже прихватил светошумовые гранаты и дробовик. С надвинутой на глаза шляпой я напоминал вышедшего на тропу войны гангстера. Тут уж ничего не поделаешь: с волками жить — по-волчьи выть.

К моему возвращению Дава пришел в относительно нормальное состояние и даже сумел немного обдумать ситуацию. По крайней мере, вид у него был смущенным. Жаль, что лекарство дает лишь временное облегчение, в остальном бороться с зависимостью ему придется самостоятельно. Помочь своему другу я могу только добрым словом и хорошим пинком.