Книга Баллада о павших драконах, страница 192 – Сара А. Паркер

Каан проходит мимо меня, слегка сжимая плечо. Тихая фраза — я рядом, когда будешь готова поговорить — заставляет меня почувствовать себя последней сволочью из-за того, что я скрываю кровавую привязь.

Сихарна права. Мне нужно быть честной с ним. Но это придется отложить.

Если я расскажу ему до завершения убийства, нет такой реальности, в которой он позволит мне в одиночку отправиться убивать кого-то глубоко на территории его брата, пока меня периодически пытают. Он бы настоял на том, чтобы сопровождать меня. А если бы что-то пошло не так, он бы без колебаний подставил себя под удар.

Это неприемлемо, учитывая, что он отвечает за благополучие целого королевства. Ставки слишком велики. Его выживание — первостепенно.

Я не потяну Каана или Пекло вместе с собой в кровавую грязь. Лучше я потерплю неудачу.

Каан задерживается у стола, скрестив руки, и смотрит на… хаос Роана:

— Как это будет работать?

— Упрощенная версия? — спрашивает Роан, не прерывая работы.

— Пожалуйста.

— Я строю клетку для бумажного вестника. Как я уже говорил, парень каким-то образом заблокирован, поэтому вестники не могут его найти. Но как только я закончу, клетка послужит небольшим карманом нейтрального воздушного пространства, которое нейтрализует блокировку. Потом мы просто сунем внутрь вестника и прикажем ему лететь к протеже. И…

— Используем его как компас, — заканчивает Каан.

— В теории, — Роан делает паузу, чтобы поправить треснувшие очки, и морщится: — Это прототип. И я только что понял, что мне придется учесть Движущиеся Туманы, если они подойдут ближе, учитывая, как сильно они сбивают вестников с толку. Мне потребуется время, чтобы заставить это работать как надо.

У меня падает сердце.

— Сколько времени нужно?

Его глаза переключаются на меня:

— Цикл. Два, самое большее… надеюсь. — Он одаривает меня неловкой кривоватой улыбкой. — Это гораздо более точная работа, чем просто мазнуть кровью по стене и взорвать ее.

Я киваю, отворачиваюсь, убираю волосы с лица и чувствую, как внутри меня все закипает.

Ну, дерьмо.

Я не могу улизнуть, пока не уйдут они. А значит, чем дольше Роан возится с изобретением, тем меньше времени у меня остается, чтобы вернуться к Серим с отрубленным сердцем и глазами в руках.

Время грызет меня.

Пережевывая это развитие событий, как кусок жесткого хряща, я направляюсь к окнам, распахиваю домотканые шторы и ахаю: Лири спускается прямо на толстую ветку передо мной. Она устраивается на ней, приглушая свое сияние, пока почти не сливается с деревом; глаза закрыты, морда прижата к окну с рунами.

Хотя я сомневаюсь, что она может видеть сквозь него, я уверена, что она меня чувствует.

Пирок упирается бедром в подоконник и затыкает пробкой флягу, зевая после своего двухдейного сна:

— Что-то мне подсказывает, что процветающая колония танцующих миритов пострадает в ближайшие пару деев.

Внутри я морщусь.

Я смещаюсь вправо и распахиваю следующую порцию штор, открывая широкий вид на Боггит во всей его дымящейся, булькающей грязевой славе. Ну, или по крайней мере на то, что не скрыто туманом, теперь окутывающим половину болота.

Мой взгляд скачет с одного гнездового холма на другой, цепляясь за странную каменистую тропу, пробивающуюся сквозь грязь, словно ступени. Остатки дорожек, которые использовали для разорения гнезд, несомненно, хотя большинство из них разрушено.