Книга Эльф. Выбор без права возврата, страница 20 – Mya Fox

— Что?

— Я сказала — ты свободен. Иди. Лес вон там. Через три дня будешь на севере. Никто тебя не остановит.

— Зачем? — голос его прозвучал хрипло, почти грубо. — Зачем ты это делаешь?

— Затем, что я не хочу держать рабов, — она отвернулась, глядя куда-то в сторону. — Я купила тебя, потому что... потому что не могла не купить. Ты смотрел на меня так... в общем, неважно. Но я не для того, чтобы ты был моей вещью. Ты воин. Ты должен быть свободен.

— Свободен? — он усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Ты знаешь, что такое свобода для такого, как я?

Она обернулась.

— Что ты имеешь в виду?

Он подошел ближе. В его глазах горел темный, опасный огонь.

— Посмотри на меня, — он резко рванул ворот рубашки, обнажая плечо. — Видишь?

Лиана увидела. На его коже, чуть ниже ключицы, темнел рисунок — сложная вязь рун, въевшаяся в кожу, словно татуировка.

— Клеймо раба, — сказал он глухо. — Его ставят магией. Оно не смывается. Даже если снять ошейник, любой эльф, увидев это, поймет, что я был в рабстве. Что меня выставляли на продажу. Что мое тело видели чужие.

Он помолчал, и в голосе его зазвенела горечь.

— Мой клан не примет меня обратно. Для них я мертв. Или хуже — предатель, позволивший взять себя живым. Северные эльфы не берут в плен. Северные эльфы умирают с мечом в руках. А я... я выжил. И теперь я изгой.

Лиана смотрела на него, и сердце ее разрывалось.

— Кэйлем, я...

— Ты спрашиваешь, хочу ли я свободы? — перебил он. — Свободы, чтоб быть изгоем? Свободы, чтоб скитаться по лесам, зная, что любой встречный эльф плюнет мне вслед? Что мой народ вычеркнул меня из памяти?

Он шагнул еще ближе. Так близко, что она чувствовала жар его тела.

— Нет, леди. Я не хочу такой свободы.

— Тогда чего ты хочешь? — выдохнула она, задрав голову, чтобы видеть его лицо.

Он смотрел на нее долгую, тяжелую минуту. В темно-синих глазах бушевала буря.

— Я хочу служить той, кто увидела во мне человека, — сказал он наконец. — Той, кто защитила меня от своих же. Той, кто кормит и одевает, и не смотрит как на вещь. Ты странная, Лиана. Ты не похожа на других людей. И я... — он запнулся, словно слова давались ему с трудом. — Я выбираю остаться.

У Лианы перехватило дыхание.

— Но ошейник... — начала она.

— Надень его обратно, — перебил он. — Не потому, что я твой раб. А потому что это единственный способ для меня быть рядом с тобой, не боясь, что мой собственный народ убьет меня при встрече. И потому что... — он отвел глаза. — Потому что я хочу знать, что ты в безопасности. А без ошейника моя магия не заблокирована, и я могу быть опасен для всех. Даже для тебя.

— Ты не опасен для меня, — тихо сказала Лиана.

Он усмехнулся.

— Ты меня совсем не знаешь.

— Я знаю достаточно.

Она подняла с травы ошейник и браслет. Посмотрела на них, потом на него.

— Ты уверен, что хочешь снова надеть это?

— Я никогда не был ни в чем так уверен, как в этом.

Лиана помолчала. Ее пальцы сжимали холодный металл, и в голове билась одна мысль:

он просит надеть на него ошейник. Добровольно. После всего, что сделали с ним люди.

— Нет, — сказала она вдруг.

Он поднял на нее удивленный взгляд.

— Что?

— Я не стану, — она разжала пальцы, и ошейник упал в траву. За ним последовал браслет. — Я не буду надевать это на тебя снова.