Книга Когда-нибудь мы просто будем, страница 54 – Ne Ta

— И это всё за несколько минут? — спросил Вито, вставая со стула и приближаясь к девушке с намерением обнять её. — Ты просто сбила меня с ног.

Она спокойно подняла папку, повернула к себе той стороной, где были прикреплены пустые листы и серьёзно произнесла:

— Итак, один балл в мою копилку, — щёлкнув ручкой, поставила палочку на первой разлинованной строке.

— В каком смысле? — опешил он.

— В самом прямом. В этот момент ты вообще потерял нить того, зачем мы здесь собрались. Настолько сильно отвлёкся, что забыл свои же цели и задачи. Разве не так?

— Ну, во-первых, надо быть бесчувственным болваном, чтобы на тебя не отреагировать. А во-вторых, я действительно не ожидал увидеть такой образ.

— Это всё отговорки, — отмахнулась от его оправданий Эмма. — Ты сам сказал: сбила с ног. Твоя первая реакция и есть самая честная. Значит, появление на розыгрыше тендера вот такой девушки от лица «Прайма» гарантированно помешает тебе следить за происходящим.

— Не согласен. Это моя реакция только на тебя. Но пусть будет по-твоему. Я понял, к чему этот маскарад. Учту.

Она удовлетворённо кивнула и повернулась к нему спиной, чтобы перейти к столику и креслам. Но тут же вздрогнула, услышав над ухом:

— Но потом ты ответишь за эту игру.

— Ты сам предложил, — прошептала Эмма, не поддаваясь этому соблазнительному тону.

Они расселись в креслах боком друг к другу, журнальный стол разделял «противоборствующие стороны». Но девичьи ноги, закинутые одна на другую, постоянно мешали Вито сосредоточиться. Он перевёл взгляд на лист, прикрепленный к планшету. В нём были обозначены четыре колонки: первая узкая для нумерации, вторая уже содержала какое-то название, а две последних отводились для подсчёта баллов в пользу той или иной организации.

— Почему-то мне кажется, что ты прекрасно знаешь, в чём заключается смысл деловой игры, — задумчиво произнёс Вито. — Жаль, я не уточнил, где ты конкретно работала.

— Не будем отвлекаться...

До самого вечера они прорабатывали тонкости и возможные подставы и подножки от «Прайма». Эмма то не соглашалась на понижение суммы договора, то вдруг отказывалась от оформления банковской гарантии, обещая закупить все материалы на собственные финансовые средства с последующей оплатой, а это было в приоритете у завода. Гарантии обычно долго проверялись, оформлялись, да и не каждый банк работал с заводским казначейством. К тому же пост-оплата за выполненные работы несла риски для подрядчика, но не для заказчика. То вдруг на предпоследнем этапе она не согласилась на понижающий коэффициент, вроде бы давая «зелёный свет» компании Миллера. Оба боролись, не зная конечной суммы «своих» организаций, которые были написаны на листе бумаги и запечатаны в конверты. Отталкивались лишь от начальной стоимости, которую понижали шаг за шагом, но так, чтобы и сама организация не осталась без прибыли. Каждое предложение оформляли письменно и снова прятали в конверты. На столе росла гора бумаг, расчётов, разорванных в сердцах листов.

Когда на завершающем оглашении сумм и вскрытии очередного, теперь уже последнего конверта, вдруг выяснилось, что фирма Вито не согласилась на предложение завода о снижении суммы ещё на пять процентов. «Прайм» был объявлен победителем. Но сумма контракта упала настолько, что убыток светил ещё на старте, до начала работ на объекте. В пору было задуматься об отказе, но поздно. Это сразу же перечеркнуло бы мнение заводчан о компетентности руководителей и специалистов «Прайма».