Книга Прости, Мария, страница 138 – Аманта Сантос

Алехандро не знал всего этого, он только чувствовал, что пока она жива. Он с трудом уговорил врачей подождать вводить ему наркотики, и хотя боль была ужасной, тоже ждал исхода операции. Почему-то, как в бреду, он был уверен, что в тот миг, когда он заснет, смерть остановит ее сердце. Когда он заснет... если он заснет, навсегда погаснут изумрудные огни и для него жизнь потеряет смысл. Он вдруг отчетливо понял это. Если Эвелин умрет, его сердце умрет вместе с ней. Нет, он не будет кричать, рвать на себе волосы, умирать на ее могиле. Просто, если она умрет, в жизни не будет смысла... Странное чувство... Он судорожно вздохнул — дыхание тоже причиняло боль. Час, еще час. Казалось, время застыло, казалось, часы остановились. Медсестра, заглянувшая в его палату, в очередной раз сообщила:

— Все без изменений.

Но он и так чувствовал, что она пока жива и что ее жизнь по-прежнему висит на волоске.

Серый рассвет просачивался в окна центральной больницы Мехико. Хосе Игнасио тихонько рассказывал жене о ночных событиях. Лули спокойно спала на вилле «Мария» в своей кроватке. Днем должна была вернуться Мария, еще не знавшая ничего. А за дверями операционной врачи боролись за жизнь раненой девушки. Они делали все возможное. Впрочем, невозможное они тоже делали... но девушка не хотела им помочь. Она не хотела жить. Опекунский совет, управляющий компанией «Осанаи», в полном составе летел в Мексику. Они очень боялись опоздать. Алехандро по-прежнему отказывался от лекарств. Час, еще час. Исчезла туманная рассветная дымка, небо из серого стало голубым, утренние улицы осветило солнце. Операция продолжалась.

Изабелла спала, положив голову на колени Хосе Игнасио. Прислонившись к спинке дивана, дремал и ее муж. Алехандро не спал... Он слишком боялся потерять Эвелин.

Наконец, из операционной стали выходить хмурые врачи. Один из них направился в сторону

Хосе Игнасио. Разбуженная Изабелла, подняв голову, с испугом смотрела на его недовольное лицо.

— Операция закончилась. Вашу подругу повезли в реанимационное отделение.

— Она жива?

— Пока да. Но несмотря на то, что операция закончена успешно, и пулю удалось извлечь, девушка может умереть в любой момент. Она, как бы объяснить поточнее, не борется за свою жизнь. Я бы сказал даже, что она хочет умереть... Ну ладно, там посмотрим. — И он устало зашагал вслед за своими коллегами.

Хосе Игнасио и Изабелла поднялись. Нужно было возвращаться домой, нужно было рассказать Марии, что произошло в ее отсутствие и что значило все произошедшее ранее. Рассказать и о том, как самоотверженно пыталась она спасти малышку Лули. Но почему она тогда сказала, что у нее были причины поверить Артуро. Они ничего не сказали ей, они все слишком и сразу возненавидели эту девушку, свалив на нее всю вину этого чудовища Д‘Анхиле. И что могло связывать маленькую японскую миллионершу с этим чудовищем... На все эти вопросы ответа просто не было,

Хосе Игнасио закончил свой ужасный рассказ. Мария потрясенно смотрела на него, крепко прижимая к себе Лули.

— Мама, мама, мама, — смеялась девочка. Ее маленькие ручки, крепко ухватившись за длинные пряди ее черных волос, довольно сильно тянули за них.

— Значит, Артуро д‘Анхиле мертв...

— Да, мама, я видел это сам. Я бы не узнал его, если бы не голос. Этот голос я помню с детства, да и теперь вряд ли смогу забыть. Он был совсем безумен, мама...