Книга Искатель, 2012 № 07, страница 97 – Анатолий Галкин, Журнал «Искатель», Артём Курамшин

Я внимательно изучил журнал. Да, последние записи в нем датировались 6-м и 9-м секстабря, и обе эти правки были произведены с компьютера Маринера. Сложно представить себе улику более весомую, чем эта, — ведь заключение экспертов гласило: крушение вертолета произошло в результате сбоя, вызванного неверной конфигурацией программы. Если учесть, что 3 секстабря Джонсон прилетел на исправном вертолете, а после этого программу конфигурировал только Маринер, то, как говорится, все шишки на него.

Хм, пожалуй, тут все чисто, подумал я и осекся.

Что-то было не так.

Альбатрос говорил, что Джонсона на «основной базе» приняли за сектанта и задержали, а когда освободили, было уже поздно. Вероятно, Маринера тоже задержали вместе со всеми, и было это раньше 9-го числа.

Я поднял протоколы задержаний и нашел тому подтверждение: 8-го секстабря вечером на «базу» прибыли военные и всех оттуда эвакуировали (в том числе Джонсона и Маринера), после чего был нанесен ракетный удар по «базе». На следующий день, 9-го, личность Джонсона была идентифицирована, и его отпустили. Вероятно, тогда он и звонил Де Ловергу, о чем упоминал последний. В этот же день полетная программа вертолета подверглась еще одной корректировке. А через несколько часов Джонсон разбился. Но ведь Маринер с 8-го числился задержанным, и никто его не отпускал. Мероприятие, названное в документах «эвакуацией» в реальности кроме как арестом не назовешь: людей, которых считают религиозными экстремистами, изолируют от общества. Я нашел протокол задержания Маринера — ноутбук в числе прочих личных вещей у него был изъят.

В моей голове родилось страшное подозрение: уж не Де Ловерг ли залез в компьютер вертолета и внес убийственные для Джонсона корректировки в программу? Нет, не Де Ловерг, конечно, а какой-нибудь программист из его окружения, но по его указанию. И сделали это они с ноутбука Маринера, который был у них в распоряжении. Таким образом, убили двух зайцев: сняли подозрения с себя и засадили мешавшего им Маринера, которого нельзя было упрятать за решетку как фанатика. Мотивы, пожалуй, тоже налицо: Альбатрос говорил о том, что Джонсон был против бомбардировки «базы». Да что там Альбатрос, сам Де Ловерг не скрывает сей факт; более того, по его словам, они с Джонсоном даже ругались из-за этого. Вот и причина: Де Ловерг повздорил с начальником по поводу своих неправомерных решений и угрохал его. Выглядит весьма правдоподобно.

Зачем же тогда Маринер входил в компьютер вертолета 6-го секстабря? — спросил я себя и тут же нашел ответ: — Да хоть зачем. Это мог быть банально не он. Джонсон, не имея под рукой своего, мог попросить ноутбук Маринера для того, чтобы подкорректировать какие-либо параметры программы.

Либо сам Маринер по просьбе того же Джонсона мог это сделать. Причин на это было много и выбрать из них можно что угодно.

М-да, подумал я, как нехорошо все получается. Теперь процесс Маринера выглядел в моих глазах как расправа над неугодным человеком. И причастность Де Ловерга к этому делу становилась все очевиднее.

Однако доказательств у меня не было почти никаких. Ход моих мыслей был основан на ряде допущений и предположений.

Я понял, что ничего более полезного из материалов извлечь не удастся. Главный вопрос, который меня интересовал, — почему следователи не приняли во внимание информацию о корректировке 9-го числа? — в ходе расследования не поднимался.