Книга Искатель, 2012 № 07, страница 74 – Анатолий Галкин, Журнал «Искатель», Артём Курамшин

Получив степень магистра, я как-то сразу ощутил невостребованность своей специализации: уже на тот момент идея встретить братьев по разуму на просторах космоса не оправдывала аванса доверия и считалась утопической. Мы были одними из последних выпускников факультета, через несколько лет он закрылся ввиду отсутствия поддержки со стороны государства.

Почти сразу мне было предложено место в Центре Управления Религиями, специфика работы в котором (понимание чуждой логики религиозного фанатика) отчасти требовала навыков и знаний, полученных мною в университете. Недолго думая, я согласился.

В основном служба в ЦУР складывалась из инспекционных командировок на планеты Земной метрополии. Стандартный срок вахты — два-три земных года (в редких случаях — до пяти лет), в ходе которых команда из двух-трех инспекторов контролирует жизнь вверенной ей планеты. Дождавшись очередной смены, они возвращаются на Землю. Во время полугодичного «земного отпуска» инспектора отчитываются о проделанной работе и готовятся к новой командировке.

Когда я вернулся из своей четвертой межзвездной инспекции, на моем жизненном пути появилась Ралина. Надавив на шефа, я добился того, чтобы меня поставили на поездки внутри Солнечной системы. Ралина бросила свою работу, и мы отправились сначала в крохотную Марсианскую колонию, затем в жаркую Венерианскую Конфедерацию. Потом были неуютные Миранда и Каллисто. Ввиду близости этих планет, полеты на них были доступны для несветлячков, а сроки командировок инспекторов составляли по нескольку месяцев.

Но рано или поздно терпение шефа должно было лопнуть. Я всегда понимал это, но воспринимал как некую абстрактную угрозу, которая может произойти когда-нибудь потом, не сейчас, в далеком будущем. То же касалось и Ралины: она привыкла жить днем сегодняшним, не переживая о том, что может случиться завтра.

Вообще, она видела только положительные стороны во всем, в том числе и в наших отношениях. Например, ей просто до жути нравилось два раза в год отмечать мои дни рождения: по земному календарю и по счетчику личного времени (у каждого светлячка в руку вшит имплантат со сверхточными часами, которые отсчитывают биологический возраст своего носителя и выводят данные на стороннее электронное устройство).

— Все-таки жаль, что мы не сможем отметить твой день рождения вместе, — произнесла она тихо. — Но ничего, будут еще другие. И их будет много...

Я собрался сказать что-то в ответ, но потом передумал: не хотелось нарушать спокойствие и тишину ночной реки.

Космопорт находился южнее Урфинбурга, рядом со Стерсалимом.

До войны тут располагались три разных города. По сравнению с соседями, от военных действий они пострадали в меньшей степени, поэтому их промышленная мощь и стала основной силой, поднимающей разрушенную экономику региона. Со временем города росли, развивались и, в конце концов, слились в единую агломерацию, которую назвали Стерсалимом, составив это слово из кусочков названий трех городов.

Чтобы скоротать время в дороге, я принялся изучать отчеты Джонсона и Де Ловерга о произошедшем на Конкордии, но вскоре бросил это бесполезное занятие. Во-первых, за два года, что я проведу в полете, данные успеют устареть, выяснятся новые обстоятельства. Во-вторых, сухие сводки не давали ответов на интересовавшие меня вопросы. Проще будет обо всем расспросить Де Ловерга при личной встрече. А так как заняться сейчас все равно было нечем, я решил ознакомиться с информацией о самой планете.