Книга Несравненный. Том 1, страница 85 – Мэн Сиши

Когда оба они оказались на гребне крыши, Цяо Сянь наклонилась, чтобы поднять черепицу, но напарник перехватил ее руку и указал пальцем на небо.

Луна в эту ночь была так ярка, что затмевала собой звезды, а значит, свет ее через любую щель неминуемо просочится внутрь. Обычный человек, быть может, ничего и не заподозрит, даже если в комнате не горит огонь, но мастер боевых искусств сразу же насторожится.

Цяо Сянь мгновенно поняла, к чему он клонит, и тотчас замерла: хоть девушка и была уверена, что дом пуст, осторожность никогда не помешает.

Чжансунь Бодхи огляделся, затем вдруг спустился на землю, обошел дом вокруг, снова запрыгнул на него, а потом резко изогнулся, оттолкнулся от крыши и, в воздухе зацепившись ногами за ее край, так и повис вниз головой. Все это он проделал совершенно бесшумно.

Наблюдая за своим товарищем и не вполне понимая, что тот задумал, Цяо Сянь осторожно спустилась и лишь тогда увидела, что одно из окон было разбито, а рядом удачно высился столб, заслоняющий Чжансунь Бодхи от чужих глаз, но вместе с тем позволяющий ему рассмотреть все, что происходит внутри.

Девушка забралась под дерево и жестом спросила: «Есть там кто?»

Какое-то время Чжансунь Бодхи молча вглядывался в зияющее окно, а потом вдруг дал неожиданный ответ: «Есть».

Цяо Сянь помрачнела.

Если человек за стеной сумел скрыть от них свое присутствие, значит, они имели дело с мастером боевых искусств, да к тому же владеющим техникой задержки дыхания.

Такого одолеть будет непросто. Неужто противник заранее прознал об их приходе и успел подготовиться?

Из-за дома послышался шорох. Очень тихий, но и он не ускользнул от чутких ушей Цяо Сянь. Разумеется, этот звук заметил и человек внутри.

— Раз уж пришли, зачем таиться? – проворчали из дома. Говорила женщина, и хотя в тоне ее явственно слышалась злость, сам голосок звучал столь чарующе и нежно, что воображение так и рисовало прелестный облик незнакомки.

Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи переглянулись и одновременно отступили, скрываясь в темноте: пусть вся вина падет на неизвестного, что выдал себя шорохом.

— Выходите! – крикнула женщина, так и не дождавшись ответа. В нежном голосе теперь отчетливо слышалась холодная резкость, пронзающая воздух словно стрела.

Донесся тихий шелест, и какая-то тень запрыгнула в окно, с грохотом доламывая створки. Внутри завязалась драка.

Цяо Сянь навострила уши. Стояла она далековато, но по едва доносившимся звукам смогла догадаться, что женщина пользовалась чем-то вроде кнута, а ее противник был вооружен мечом-цзянь. Лязг клинка полнился злобой и яростью, с каждым выпадом грозя принести ей смерть. И хотя одержать победу ей пока не удавалось, она все еще успешно избегала опасности.

Однако долго так продолжаться не могло. Если ничего не предпринять, женщина скоро выдохнется, силы ее иссякнут, и тогда враг воспользуется ее слабостью и нанесет роковой удар.

Разумеется, Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи не могли дать госпоже Мяо (а это была именно она) вот так умереть, тем более они надеялись допросить ее, чтобы получить зацепку для расследования, а потому больше медлить не стали и почти одновременно ворвались внутрь.

Женщина сражалась не на жизнь, а на смерть с бойцом в черном, чье лицо скрывала маска. Вопреки ожиданиям Цяо Сянь, в руках она сжимала вовсе не кнут, а собственный пояс. Он был выполнен из какого-то неведомого материала белого цвета, гибкого, но настолько прочного, что даже клинок, наполненный ци, не мог его перерубить. Цель неизвестного была ясна: убить противницу. Он наносил удары, даже не пытаясь защищаться, словно и вовсе не дорожил собственной жизнью: не окажись у женщины в руках столь подходящего оружия, пожалуй, она бы уже давно была мертва.