Книга Несравненный. Том 1, страница 58 – Мэн Сиши

— Я не смущаюсь, – ответил посетитель, – и не собираюсь прикидываться бескорыстным. Я и вправду хочу лишь увидеть ваш танец.

Он говорил совершенно спокойно, лицо мужчины совсем ничего не выражало – ни тени улыбки, – оттого и слова его звучали еще серьезнее.

— Вы помните эту золотую шпильку? – Чжансунь Бодхи вынул из рукава украшение для волос и протянул его Юньюнь.

Сначала она растерялась, но затем будто что-то припомнила.

— Неужели это были вы, тогда, в Восточном тупике…

Мужчина кивнул.

— Восемь лет назад один юноша скитался по улицам. Он страдал от голода и холода и едва не умер тогда, но вы отдали ему золотую шпильку и велели заложить ее, дабы пережить трудные времена. Когда появились деньги, он выкупил украшение и с тех пор всюду носил его с собой, а сегодня нарочно пришел вернуть ее, дабы отплатить добром за добро.

Юньюнь долго смотрела на украшение, слезы наконец наполнили ее глаза и, не удержавшись, упали прямо на ладонь Чжансунь Бодхи.

— Прошло восемь лет, – проговорила она. – Вы возмужали, а я состарилась.

— Если хотите, я выкуплю вас, – сказал мужчина.

Юньюнь вытерла слезы, покачала головой и улыбнулась:

— Мне нравится так жить: я окружена всеобщим вниманием и могу прожигать дни в нескончаемых удовольствиях и роскоши. Не тревожьтесь обо мне, а шпильку оставьте себе на память. Я станцую вам любой танец, какой только пожелаете.

Вспомнив то давнее мимолетное происшествие, барышня Юньюнь стала гораздо приветливее с гостем и держалась теперь уже без прежней любезной отчужденности.

Чжансунь Бодхи посмотрел на нее глубоким взглядом и спрятал шпильку обратно в рукав.

— Тогда станцуйте «Пьянящий весенний ветер».

* * *

Тем временем в палатах Драгоценного Перезвона гости повскакивали с мест, тихий зал в мгновение ока забурлил, все повытягивали шеи, пытаясь разглядеть в руках девушки прозрачный нефрит, сверкающий на солнце.

И без ручательства палат даже тот, кто ничего не смыслит в самоцветах, понял бы, что перед ним настоящая драгоценность.

— Это же нефрит Небесного озера, да? – не удержался от вопроса Пэй Цзинчжэ.

Все трое предполагали, что пропажа вполне может оказаться здесь, на торгах, однако никто и подумать не мог, что камень вот так в открытую выставят на продажу. Но если сейчас чертог Явленных Мечей объявит о себе и изымет нефрит, не пойдут ли все ухищрения их противника прахом?

«Тогда, быть может, это подделка?» – следом пришло в голову Пэй Цзинчжэ.

Но раз палаты Драгоценного Перезвона выставили камень на всеобщее обозрение, просто так забрать его уже нельзя. А значит, только заполучив его, они смогут установить, настоящий это нефрит Небесного озера или же нет.

— Поскольку происхождение сей вещи сомнительно, палаты Драгоценного Перезвона не решаются вынести окончательное суждение о ее ценности, – продолжал распорядитель. – И потому начальная цена ниже, чем у прочих диковин – всего пять гуаней. Ежели, глубокоуважаемые гости, вы готовы дать за нее больше, прошу, не стесняйтесь повышать цену.

Едва мужчина умолк, как кто-то тут же выкрикнул:

— Шесть гуаней!

Стоимость камня все росла и росла и вскоре дошла уже до пятидесяти гуаней. Но торги были в самом разгаре: гул голосов не стихал, гости предлагали за нефрит все больше и больше. Даже Линь Юн, до сих пор лишь молчавший, присоединился ко всеобщему гвалту и, видя, что торги кончатся еще не скоро, сразу назвал цену в сто гуаней, но кто-то тут же дал еще больше.