Книга Господин прокурор, страница 48 – Катерина Траум

— Я не знаю, – честно ответила Пейдж, потупив взгляд. – Я работаю на него всего два дня. Да, в первую ночь мы оказались на выезде, но вчера у него была возможность…

— Была возможность и действительно уснул – это очень разные вещи, – вздохнул доктор Лэйк и постучал пальцами по подлокотнику, будто решаясь. – Хорошо. Ему, конечно, это не понравится… Но если вы пообещаете, что наша беседа останется приватной, – я бы был очень рад, если бы в этом доме появился человек, способный купировать приступ.

— Вы меня окончательно запутали, доктор Лэйк. Прошу, прекратите говорить загадками и объясните, что вообще происходит. Какой приступ…

— Сначала обещайте приватность. Не говорите Киллиану, что я вас наставлял. Иначе он будет в бешенстве, что я снова пытаюсь ему помочь.

Доктор Лэйк напряженно уставился на Пейдж, буравя ее глубокими темно-карими глазами, так сильно похожими на глаза его сына. Она в сомнении покусала щеку изнутри: у нее не получится врать хозяину. Точнее, если вранье вскроется, это будет нарушением контракта. И все же…

А если завтра она снова услышит этот стон? Просто позволит разобраться, как в этом доме уже явно привыкли: мадам Морель позвонит отцу Киллиана, даже не поднимаясь наверх, – наверняка его собственный приказ, не приближаться. И несчастный уставший старик поедет отпаивать сына снотворным через ночь по городу, в котором бродят убийцы.

— А мистер Лэйк не вспомнит, что я приходила к нему сегодня? – уточнила Пейдж на всякий случай.

— Нет. Он в полубессознательном состоянии во время приступа, так что вспомнит лишь боль, – хмуро ответил доктор Лэйк.

— Тогда я согласна. Обещаю, что этот разговор останется в секрете. Но я хочу знать, что делать в таких ситуациях. Не думайте, у меня есть опыт ухода за… теми, кому нужна помощь, – аккуратно подобрала она слова, не используя термин «больными».

— Прекрасно, – с очевидным облегчением улыбнулся доктор Лэйк и откинулся в кресле. – Вы же знаете о его ранении?

— Да, но без подробностей. Как оно было получено?

— Разрывная пуля, с довольно близкого расстояния. Колено разнесло… в осколки. Да еще и жуткая кровопотеря, потому что слишком долго пролежал на поле боя. – Голос доктора сел на пару октав, а взгляд заледенел: он наверняка помнил, каким привезли с фронта его сына. – Я не уберег… Не отговорил. Он так рвался, не мог усидеть дома, когда во Франции гибли в окопах наши парни. Его одноклассники. Эдди, естественно, помчался с ним – куда без него… Простите, это уже старческое – я говорю много лишнего. – Он смущенно пригладил бородку.

— Что вы, мне это очень интересно, сэр, – честно отозвалась Пейдж, с жадностью впитывая новые подробности прошлого Киллиана. – Я слышала только не самые достоверные сплетни. Что ему хотели ампутировать ногу, что шансов не было.

— И это правда, – кивнул доктор Лэйк. – Я врач с многолетним стажем и богатейшей практикой, и даже все приглашенные мною коллеги не могли пообещать чуда. Лучшие специалисты собирали его кости по кускам и в голос заверяли, что ткани не срастутся, и мы просто отсрочили ампутацию, грозя получить нагноение раны и заражение крови. В какой-то момент и я сам… уговаривал его отрезать конечность. Мне до сих пор стыдно, ведь я так боялся потерять единственного сына, что не поверил в него. А он оказался сильнее. Меня, матери, всех прогнозов. Встал буквально вопреки здравому смыслу.