Книга Господин прокурор, страница 174 – Катерина Траум

— Только пикни, и я продырявлю твою печень, – прошипел в ухо Барс, обдав отвратительно кислым запахом изо рта.

Пейдж громко всхлипнула, понимая, что ей и впрямь лишний раз лучше не дергаться. Самое смешное, что до окруживших плотным кордоном ресторан полисменов было так близко и в то же время бесконечно далеко. Она видела лишь несколько маленьких фигур в черных мундирах, целиком сосредоточенных на блокировке мафиозного гнезда, и ни один из них не догадался бы обернуться.

Она лихорадочно соображала, как привлечь к себе внимание и при этом не получить пулю, но идей не было абсолютно. Особенно в свете того, что посреди тихой аллейки Барс задерживаться не стал и уверенно поволок добычу в сторону узенького проулка между двумя домами, скрытого тенью арки. Пейдж попыталась хотя бы замедлить его, не двигая ватными ногами, но пистолет вжался куда-то между ребрами так больно, что проступили слезы.

— Шевелись, кукла, – глухо прорычал Барс и ускорился, заставив и ее шаткой походкой шагать влево.

А где-то в сумочке был нож… Только сумочку она с собой даже не прихватила, когда понеслась сюда. Но теперь поздно об этом сожалеть. Страх сковывал конечности прочнее любых цепей, а пульс, казалось, вовсе готов был прорвать кожу на шее и запястьях, чтобы выскочить на волю панически бьющейся птицей.

Скрывшись под аркой, Барс с силой толкнул Пейдж к стене, развернув к себе лицом. Она в ужасе огляделась, вжимаясь лопатками в холодный камень и с трудом переводя дыхание: хорошо, что не попыталась сбежать, потому как бородатый гладиатор был не один. Компанию ему составляли еще двое: загорелого усача Генри Гилмора она узнала по культе вместо кисти левой руки, а третий, низкорослый коренастый мужчина с залысинами, был ей незнаком. Он вообще казался лишним и копошился в большом грязном мешке, без конца шмыгая носом-картошкой.

— На кой тебе девка? – прошипел Гилмор, когда Барс лениво привалился плечом к стене рядом с Пейдж и якобы ласково провел дулом пистолета по ее щеке.

Она зажмурилась и сжалась всем телом, пытаясь выбросить из головы воспоминания о маме. О том, что именно сделали с ней эти руки и что наверняка не отказались бы повторить.

— Милашка-кудряшка, так бы и познакомился поближе, – довольно протянул Барс и с сожалением вздохнул. – Жаль, времени нет. Генри, включи уже башку: нам не пройти через кордон, а приказ есть приказ. Ты хочешь вернуться к хозяину и промямлить, что Соланесы теперь под защитой полиции?

Гилмор нервно оттянул единственной рукой с пальцами ворот потрепанного пиджака. На шее у него мелькнуло что-то темное, уходящее далеко под одежду и напоминающее клеймо, как на скоте для забоя. Возможно, никем лучшим он для Лайленда и не был.

— Все-таки думаешь, что тех трех свечек не хватит, – пропыхтел он и нагло пихнул в плечо мелко дрожащего третьего подельника. – Эй, Профессор, чего притих? Хватит или нет?

— Я-я же г-говорил: зависит от конечной цели, но на все здание этого мало, – пробормотал тот, оторвавшись от мешка и живо утерев текущий нос.

— Наша цель не две кухарки, а все Соланесы. А ты мог бы и сразу предупредить, что надо больше! – Гилмор от души отвесил ему подзатыльник. – Если мы не сделаем все как надо, нас живо скормят свиньям де Лавлера…

— Дерьмо, как ни крути, – прохрипел Барс и зло сплюнул в ближайшую лужу. – Вот эта евреечка нам и поможет, правда же, куколка?