Книга Желтые цветы для Желтого Императора, страница 72 – Екатерина Звонцова

— Это правда?..

Она не сразу осознала, что спрашивает сама и уже смотрит на Ру во все глаза. Он в ответ не смотрел, старательно изучал траву, будто ища что-то. В эту минуту он казался ниже и еще более худым, а из волос почти совсем ушла осенняя краска. Багрянец перетекал в серость, и даже эту серость различить можно было лишь на самых-самых кончиках.

— Это правда, – ответил Мэзеки и неожиданно продолжил мягче: – Послушай, Ичи Ру. Я допускаю, что остальные рассказы о тебе тоже правдивы. Прости за плохую формулировку, я не хочу исключать исключений. И все же…

— Во мне больше нет волшебства, – сказал вдруг Ру. Не сказал – выпалил, хотя головы так и не поднял. – Совсем нет! Даже интуиции осталась всего капля…

— Ты именно так понял, что на нас донесли? Не видел доносчика, а предугадал, что на нас нападут? – В тоне Мэзеки зазвенел легкий интерес. – И часто у тебя такое? Насколько сильно?

— Редко. Несильно. – Ру что-то понял по интонации. Губы снова изогнулись в дрожащей улыбке. – Ты прав. Риска от меня будет больше, чем помощи. Предсказать планы твоих врагов я не сумею. Скорее всего, вообще не предскажу больше ничего, я просто…

— Беспокоился о ней? – Мэзеки продолжал напирать. Даже Кацуо наблюдал за ним с профессиональным любопытством. – О госпоже Окиде? Как трогательно.

— Обо всех вас, – возразил Ру, уже совсем понурившись и занавесившись волосами. – Ты прав, что злишься и смеешься. Прав. Наверное, я не должен был приближаться к вам снова. Но мне впервые за довольно много, целых пять, лет стало правда интересно…

— Интересно что? – неожиданно подал голос Харада. Он говорил хрипло и смотрел в упор.

— Интересны люди, – откликнулся Ру и отступил на шаг, на второй. Левое запястье он теперь сжимал правой рукой, большим пальцем тер точку пульса. Скрытую под наручем метку в виде горящей стрелы.

— Ты помогал людям и прежде, – напомнил Мэзеки.

— Это был… – Ру будто уже не знал, куда деться, – не интерес… – Окида видела, как приливает к его лицу кровь стыда.

— …а откуп, – равнодушно закончил Мэзеки.

— Да, – просто ответил Ру.

Наблюдая за ними, Окида вдруг поймала себя на странном… отвращении. Вспомнилась потеха, которую она еще подростком наблюдала на ярмарке в Хикэто, столице Левого берега. Устроили ее синекожие торговцы Хиданских штатов, разрозненной жаркой страны, соседствовавшей с Гирией и Арканией. Они привезли много животных, среди которых были лесная кобра и мангуст, а потеха состояла в том, что обоих выпустили из клеток и заставили сражаться. Окида ужасно испугалась: как же ей понравился маленький, гладкий, юркий зверек с золотистой шерсткой, острой мордочкой и умными глазами; как напугала ее змеища с грозно раздувающимся капюшоном и зубами размером с мизинец Харады! В бою она быстро и, как ей казалось, очевидно приняла сторону более хрупкого существа и просто злилась: ждала, что кобра придушит, а затем и заглотит своего симпатичного противника, прежде чем бродячие музыканты в соседнем рыночном ряду допоют странную бренчаще-дребезжащую песню.

На самом деле исход был, как позже объяснил тайи, прозрачен и предрешен: мангусты, эти малыши, легко побеждают змей. Их шкура плотна, кровь устойчива к яду, движения стремительны, а челюсть крепче капкана. Кобра, попавшая в захват, обречена. Зрелище оказалось совсем не таким, как Окида ожидала: мангуст издевался над змеей, кружил рядом, скалился, ну а змея, скорее, пыталась избежать неприятной компании. Только после нескольких минут издевательств бросилась – и почти сразу поплатилась за это. На несколько секунд они с мангустом сплелись в смертельный клубок, с визгливым шипением прокатились по пыльной мостовой… и вот кобра уже мертва.