Книга Желтые цветы для Желтого Императора, страница 121 – Екатерина Звонцова

Она устало вгляделась в свое отражение в пруду. Поправила волосы, увидела слабые искры в фонариках, украшающих шпильки. Снова украдкой посмотрела на Юшидзу Ямадзаки. Тот закончил говорить с невестой в желтом, перешел к следующей, которую беседой не удостоил, затем еще к одной… Вскоре толпа его скрыла. Но Окида стала замечать: некоторые невесты недовольны. Замерзли, но ни во что не кутаются, продолжая демонстрировать наряды и фигуры. Устали, но ни за что не сядут ни в траву, ни на ступеньки. Кто-то, наверное, хотел и поесть, и попить, и справить нужду. Беседы и хихиканье почти стихли. Баку-тай стояли в прежних позах, каменные и невозмутимые, а на крыльце у главного входа так никто и не появлялся, там высился только гонг и возле него – еще пара стражей.

Как же так скверно все устроили? Важное мероприятие, о котором заблаговременно объявили… нельзя было обеспечить горячее питье, пищу, да хоть расставить скамьи? Но тут же Окида изумилась собственной глупости. В окнах дворца мягко горели лампы и свечи, мелькали фигуры. Из одной постройки, плоской и широкой, тянуло рыбной лапшой. В траве рядом с Окидой, если приглядеться, темнели две параллельные проплешины на расстоянии друг от друга – скамейка тут явно была, просто ее недавно унесли, и вряд ли одну. Так и задумали – проверить невест и на стойкость: императрица не должна бояться лишений. И задумали не зря: за следующий час некоторые девушки – в основном те, кому досталось мало внимания Юшидзу Ямадзаки, – тихонько или, наоборот, демонстративно покинули двор. Баку-тай не препятствовали.

Окида не спешила никуда. Камень, который она заняла, был удобный, и она лишь периодически ерзала. Холод пробирал, но терпимо. А девушки… девушки заканчивались, Окида это чувствовала по тому, как сгущалась тишина. Становилась уже не усталой – предвкушающей.

Чья-то рука легла на плечо – и пришлось собрать всю выдержку, чтобы не наброситься. Чего только Окида за эти мгновения не передумала – и что ее раскрыли баку-тай, и что мибу, ведущие с Кацуо двойную игру, заявились ее схватить, и что это Желтая Тварь опять решил побеседовать. Но это была лишь чудна́я невеста в желтом, как ни в чем не бывало помахивающая кульком с печеньем. Пальцы девушки унизывали безвкусные кольца с огромными самоцветами, на старинный гирийский манер. Волосы пришли совсем в беспорядок, а на щеках от холода выступил такой румянец, что по цвету почти сравнялся с подводкой и губной краской. Незнакомка улыбалась, показывая белые зубы. Почти такими же белыми были и ее правобережные глаза.

Подозрительно знакомые зубы, с небольшим сколом на правом верхнем резце.

И вообще вся она была знакомая, не просто знакомая…

— Давай ждать, – пропела она низковатым, грудным, но несомненно женским голосом и подмигнула.

Вот только Окида уже не сомневалась, пусть глазам и не верила. Перед ней был переодетый в женщину Ичи Ру, с которым они вообще-то попрощались в паре кварталов от дворца.

— Ты!.. – шикнула Окида, но он, не церемонясь, сунул сдобную рыбку ей в рот, после чего опять заулыбался. Его глаза выглядели… между прочим, жутковато, словно их изморозь затянула. И на что там любовался жених, почему так долго любезничал?

— Прости. Я просто не мог…ла тебя отпустить одну. В свое оправдание скажу, что спросил…а разрешения у кого надо и его люди меня… э-э… тоже подготовили.