Книга Западный щит Руси, страница 135 – Андрей Булычев

Тем временем командующий заслоном рыцарь, видя истончившуюся оборону, снял прикрывавших с флангов балтов и уплотнил ими пехотные ряды.

— Андрей Иванович, можем теперь и пластунов с боков завести, – предложил командиру бригады Варун. – Там только лишь по паре десятков ливов осталось.

— Бери две сотни, Фотич, охватывайте, – распорядился Андрей. – Только смотрите не кидайтесь на главные силы. Сейчас с приходом обоза мы возобновим свой стрелковый бой. Василий, своих людей тоже забирай, пусть готовятся, – приказал он командиру бригадной конницы.

— Пластуны, за мной! – крикнул подбежавший к стрелковой линии Мартын, и его сотня, обойдя полукругом позиции пешцев, устремилась в лес. То же самое было и с сотней Онни, снявшись, она сместилась направо за речку Лаева и забежала в топкое место.

На своих прежних позициях из стрелков за пешцами оставалась только лишь пластунская сотня Родиона и две из ополченцев крепости Нарва.

— Внимание, конница! – раздался тревожный крик сотника из пехотной линии. Пешцы заволновались и, сомкнув ряды, выставили вперёд свои длинные пики.

— Стрелки без припаса, – проговорил взволнованно командир бригады, глядя на накатывавшую тяжёлую кавалерию немцев. – Устоят ли копейщики?

— Тимофей, передай Василию, пусть выводит нашу конную дружину и готовится атаковать!

Сотня самострельных болтов и две сотни бронебойных стрел, посланных в упор, выкосили ближайшую линию вражеской латной кавалерии, после чего их приняли на свои пики пешцы.

— Стоят, стоят, копейщики, – проговорил воевода княжича. – Может, пришла уже пора, ударим всей конницей?

— Рано, – высказал своё мнение Андрей. – А вот степняков кинем во фланг справа. Они лёгкие, по самому краю туда подскочат и осыпят неприятеля стрелами. Видишь, Олег Ярилович, там две конные сотни балтов следом за немцами увязались, но пока не спешат вперёд лезть. Видать, ждут, когда те с нашими копейщиками разберутся.

Берендеи вылетели, как они это и любили делать, с громким визгом и криками, осыпая противника тучей стрел. Три минуты – и принявшая их лёгкая конница немецких союзников, понеся потери, отскочила на исходную линию. Не сумев разорвать в таранном ударе порядки русской пехоты и увязнув в ближнем тягучем бою, вслед за ними откатилась и тяжёлая немецкая кавалерия. На поле боя наступило затишье, если это можно было так назвать. Ибо перекрывая всё, слышалось ржание битых коней и истошные стоны раненых и покалеченных людей.

С востока показался обоз. Повозки-передки с серединными пушками заехали прямо в боевые порядки, копейщики помогли расцепить орудия и вместе с канонирами развернули их жерлами к противнику. Суетились у стрелковых линий обозные, разнося пучки стрел и болтов. Над русскими позициями слышались окрики и звон.

— По дюжине картечных кулей на кажную пушку привезли и столько же ядер, – докладывал княжичу и командиру бригады Боян Ферапонтович. – Для малых орудий только лишь по десятку ядрышек есть. Всё выскребли, Андрей Иванович. Без боевого припаса у нас теперь пушки остались. Только чуток ежели для больших орудий есть. Да и им всего-то на шесть-семь выстрелов пороха.

— Ничего, не боись, старый, совсем скоро ещё навезём, – усмехнувшись, пообещал Сотник. – Ипат Ильич, давай команду своим пушкарям, пусть добивают немца. – Он махнул рукой старшему орудийщику. – Расстреливайте весь свой запас.